www.kaur.ru «КаУР – Карельский Укрепрайон»
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ
ФОТО КАРТА САЙТА
СТАТЬИ ССЫЛКИ
СХЕМЫ АВТОРЫ
ДОКУМЕНТЫ

© www.kaur.ru, 2004-2017

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
КаУР – Статьи

Г. Г. Корж

Карельский укрепленный район

© 1987 Г. Г. Корж
Подготовка текста:
© 2007 www.kaur.ru

 
От автора

На страже мирного созидательного труда всегда бдительно стоят доблестные советские вооруженные силы, которые в боях с врагом нашей Отчизны не раз отстаивали завоевания Великого Октября.

Пройдут десятилетия и столетия, но никогда не изгладятся в памяти прогрессивных людей мира героические подвиги в годы Второй Мировой войны советского народа и его воинов, спасших человечество от опасности фашистского порабощения.

Большой вклад в дело укрепления обороны и разгрома немецко-фашистских и финских войск под Ленинградом в годы Великой Отечественной войны внесли и воины Карельского укрепленного района. Но в противовес хорошо описанным и изданным воспоминаниям участников восточных, юго-восточных и юго-западных направлений обороны Ленинграда, фронтовые события почти трех лет на севере выпали из внимания.

Никто не отразил в литературе этот далеко не легкий ратный труд периода обороны Ленинграда на Карельском перешейке. Несмотря на блокаду, голод и холод, воины Карельского укрепрайона при наличии незначительного количества полевых войск смогли остановить и почти в течение трех лет удерживать финские войска у стен Ленинграда.

Считаю, что пока еще живы в памяти события и люди тех лет, мы, ветераны, должны показать героические дела воинов Карельского укрепрайона и его роль в обороне Ленинграда.

Время неумолимо движется вперед. Стареют ветераны, все меньше их остается, да и в памяти все меньше эпизодов военных лет. А когда ветеранов тех дней уже не будет совсем, эти тяжелые, но героические годы и подвиги людей во имя Родины могут быть полностью забыты.

Наше поколение обязано оставить след своих дел в памяти потомков, дабы принцип советских людей «Никто не забыт, ничто не забыто» относился и к воинам Карельского укрепрайона, с честью выполнившим свой долг перед Отчизной.

В своих записках я постарался отразить обстановку и подвиги воинов Карельского укрепрайона, их вклад в общее дело Победы. В этом большую помощь своими воспоминаниями, дневниками и заметками оказали ветераны Карельского укрепрайона А. М. Четвертаков, А. Ф. Дерипас, А. Я. Пошехонцев, В. И. Жулин, В. А. Минин, А. А. Комаров, Е. П. Малышева и особенно бывший комендант 17-го укрепрайона полковник в отставке Георгий Николаевич Масловский. Большое спасибо вам, дорогие однополчане!

Г. Г. Корж – бывший оперативный
помощник начальника штаба
113-го ОПАБ Карельского укрепрайона

Ленинград-Волгоград
1987 год

 
КАРЕЛЬСКИЙ ПЕРЕШЕЕК – ИСКОННО РУССКАЯ ЗЕМЛЯ

Территория, находящаяся севернее Ленинграда и расположенная между Ладожским озером и Финским заливом, с древних времен носит название Карельского перешейка.

В далекие времена существовал прямой водный путь от Ладожского озера до Финского залива по реке Вуокси через северо-западную часть Карельского перешейка. По этому пути население Приладожья и северной части Карельского перешейка осуществляло связь с Финским заливом и далее с Балтийским морем. Вблизи впадения реки Вуокси в Ладожское озеро возникло поселение, получившее название Корела, впоследствии имевшее названия Кексгольм, Кякисальми, Приозерск.

Древним населением Карельского перешейка были карелы. С давних времен карелы вступили в сношение со своими южными соседями – восточными славянами Новгородской земли. Вскоре, после оформления древнерусского государства, карелы вошли в его состав и навсегда связали свою судьбу с великим русским народом.

В XII и XIII веках небольшое карельское селение Корела превращается в город и устанавливает тесную политическую, хозяйственную и культурную связь с северо-западным русским городом Новгородом.

Через Корелу осуществляется взаимовыгодная торговля карельских земель с Новгородом и далее с другими областями Руси. Основными товарами в этой торговле были богатства северных лесов.

Город Корела стал административным центром Корельской земли, подвластной Новгороду.

С конца XIII века началась шведская экспансия на Карельском перешейке. В 1293 году шведские рыцари высадились на берегу Финского залива у западной оконечности Вуоксинского водного пути и основали город Выборг. В 1295 году шведы захватили город Корела и построили там укрепления. Однако карелы вместе с новгородцами снова освободили город, разрушили укрепления и захватили гарнизон шведов в плен.

В 1310 году новгородцы построили новую крепость в Кореле, и хотя борьба за Карельский перешеек продолжалась в течение нескольких десятилетий, обладая мощной крепостью Корела и поддержкой карельского населения, русские сумели отстоять восточную половину Карельского перешейка от завоевания шведами.

В конце XV столетия все русские земли объединились в русское централизованное государство во главе с Москвой. Вместе с Новгородом и его обширными владениями в состав русского государства вошел и город Корела с окружающей его территорией карельской земли.

В 1580 году шведское правительство начало операцию по захвату русских пограничных районов. В ноябре 1580 года шведами была осаждена и взята крепость Корела и захвачен весь Карельский перешеек.

В начале XVII столетия, воспользовавшись резко обострившейся в России классовой борьбой и назревающей крестьянской войной, соседние феодальные государства Польша и Швеция организовали вооруженную интервенцию с целью захвата русских земель.

Ослабленная длительной внутренней борьбой и интервенцией, Россия была вынуждена в 1617 году заключить со Швецией тяжелый Столбовский договор, по которому в руки Швеции перешли захваченные ими прилегавшие к морю русские земли – берега Невы и Финского залива, а также город Корела с Корельским уездом. Город Корела был переименован шведами в Кексгольм.

Вместо русских и карельских жителей в городе стало появляться новое население, переселившееся из Финляндии – финские торговцы, ремесленники и другие сословия. На территории Корельского уезда шведы установили тяжелый феодальный режим, гнет шведского государства и шведских помещиков. Карельские крестьяне начали бросать насиженные места и уходить в русские владения.

В начале XVII века Петр I начал войну со шведами за выход в Балтийское море. Русские вернули устье реки Невы, где в 1703 году был основан город Петербург – будущая столица России.

С этого времени возник острый вопрос обеспечения безопасности Петербурга от нападения шведов. Вскоре на западных подступах к нему были взяты Нарва, Дерпт, и шведские войска были отброшены вглубь Прибалтики. Тем не менее, северные подступы к новой столице и Карельский перешеек все еще находились в руках шведов. Опираясь на крепости, расположенные на перешейке – Выборг и Кексгольм, шведы держали Петербург под постоянной угрозой нападения.

После решающей победы под Полтавой в 1709 году русские войска перешли в наступление на берегах Балтики.

Весной 1710 года Петр I начал операцию по овладению Карельским перешейком. После трехмесячной осады пала крепость Выборг, и после двухмесячной осады была взята крепость Кексгольм.

По мирному договору со Швецией в 1721 году было окончательно закреплено возвращение Карельского перешейка с Выборгом и Кексгольмом в состав России.

В 1910 году в ознаменование 200-летия этой победы на высокой скале у моря в городе Выборг был воздвигнут памятник Петру I.

В результате русско-шведской войны 1808-1809 годов Финляндия была присоединена к России и стала частью Российской империи под названием «Великое княжество Финляндское».

Зная, что население Финляндии на протяжении столетий находилось под властью Швеции и подвергалось воздействию шведской пропаганды, воспитавшей в финском народе чувство вражды к России, царское правительство решило предоставить присоединенной территории Финляндии права автономии, тем самым сохранив местные законы и обычаи для того, чтобы население Финляндии не противилось новой власти и чтобы эта территория не стала очагом волнений и восстаний на подступах к русской столице.

В декабре 1811 года Александр I подарил Финляндии Карельский перешеек и принадлежащую России Выборгскую губернию с городами Выборг и Кексгольм. Почти вся территория Карельского перешейка до реки Сестра и нынешней станции Орехово отошла к Финляндии. На этой территории появилась финская администрация, изменился состав населения. Город Выборг был переименован в Вийпури, а Кексгольм – в Кякисальми.

18 декабря 1917 года Советское правительство по просьбе финского правительства предоставило Финляндии независимость. Граница ее с Советской Россией была установлена в южной части Карельского перешейка от станции Белоостров по окрестности станции Расули (Орехово) и до Ладожского озера по ранее существовавшей границе Великого Княжества Финляндского.

В районе, где проходила граница, находится ряд исторических мест, таких как Медное озеро, на котором осталась плотина медноплавильного завода, действовавшего в XVIII веке для переплавки колоколов на орудия. Высота, на которой Петр I заключил мир со шведами, получила название «Мир тут». Со временем название трансформировалось и превратилось в «Мертуть».

После получения Финляндией независимости по решению правительства молодой советской республики в декабре 1917 года, финская реакция связала свою судьбу с врагами Советского Союза.

В 1918 году правительство Финляндии обратилось к реакционному правительству Германии за вооруженной помощью для подавления революционного выступления рабочих и крестьян Финляндии.

Весной и летом 1918 года финские белогвардейцы принимали участие в походе Антанты на Петроград.

В 1924-1925 гг. под руководством иностранных специалистов, главным образом английских, финская армия была реорганизована, кроме того, была разработана новая система ее комплектации.

Если учесть, что Ленинград находился на расстоянии 32 километров от границы с Финляндией и, имея в виду милитаристские приготовления Финляндии, вопрос об укреплении северной границы советского государства стал весьма острым.

На основании решения Советского правительства Наркомат обороны приказом № 90/17 от 19 марта 1928 года создал управление военно-строительными работами по строительству Карельского укрепленного района под командованием бригадного инженера Яковлева в границах: Ладожское озеро – Финский залив, вдоль государственной границы.

12 октября 1928 года считается днем рождения Карельского укрепленного района. Он был одним из первых укрепленных районов, создаваемых на северо-западных границах нашего государства.

Развертывание и строительство боевых сооружений, формирование частей проходило под непосредственным руководством героя Гражданской войны М. Н. Тухачевского, бывшего в то время командующим Ленинградским военным округом.

Большую помощь в строительстве оказывал секретарь ЦК Коммунистической партии и секретарь Ленинградского обкома партии большевиков Сергей Миронович Киров и партийные организации Ленинграда.

В строительстве боевых сооружений участвовали рабочие ленинградских предприятий, объединенные в отряды, преимущественно коммунисты и комсомольцы.

С 1930 года прикрытие государственной границы на Карельском перешейке было возложено на Карельский УР, усиленный отдельной артиллерийской бригадой.

ПОДГОТОВКА ФИНЛЯНДИИ К ВОЙНЕ С СССР

Военно-строительные работы Финляндии велись на средства Англии, Франции, Швеции, Германии и США, под руководством крупнейших специалистов этих стран.

Финляндию навещали военные министры и начальники генеральных штабов крупных европейских государств.

Особенно усилились такие вояжи во время европейского кризиса в 1938-1939 годах, когда в большей части Европы уже шла Вторая Мировая война.

В 1938 году Финляндию посетила военно-техническая комиссия Германии и командующий шведскими инженерными войсками генерал Алин, в 1939 году – главнокомандующий английской армии У. Кирк, военный министр Швеции П. Э. Шельд и начальник генерального штаба сухопутных войск Германии генерал Ф. Гальдер.

Генерал Кирк, по свидетельству английского общественного деятеля Д. Притта, выразил удовлетворение усиленной подготовкой Финляндии к антисоветской войне. Особенно он был удовлетворен линией Маннергейма, состоящей из трех полос укреплений и двух промежуточных общей длиной до 90 километров и насчитывающей 296 долговременных железобетонных и 897 гранитных сооружений, часть которых могла выдержать попадание 152-мм и 203-мм снарядов.

Все это говорило о том, что правительство Финляндии заботилось не об установлении добрососедских отношений с СССР, а о подготовке к участию своей страны в антисоветской войне в составе любой европейской коалиции.

Ясно, что в условиях обострившихся военно-политических отношений в Европе Советский Союз не мог оставаться безучастным к тому, что замышляли на его границах.

Военные приготовления Финляндии, в которых были заинтересованы агрессивные империалистические государства, имели целью создать плацдарм для войны с СССР.

В 1938 году финляндские реакционные круги начали тайную ремилитаризацию Аландских островов, а ведь по международной конвенции 1921 года Финляндия обязывалась не вооружать их.

Советское правительство было обеспокоено создавшимся положением на советско-финских границах. В апреле 1938 года советское посольство в Хельсинки заявило правительству Финляндии о настоятельной необходимости улучшить советско-финские отношения и принять такие меры, которые укрепили бы безопасность как Советского Союза, так и Финляндии.

Правительство Финляндии признало закономерной такую постановку вопроса и согласилось на соответствующие переговоры. В это время правительства Англии, Франции, Швеции и Германии принимали все меры для того, чтобы сорвать переговоры СССР с Финляндией и не допустить подписания соглашения.

Экспортно-импортный банк США передал в это время Финляндии заем в 10 млн. долларов. Помощь Финляндии была обещана и западноевропейскими государствами.

Во время, когда в Москве шли переговоры, член Финляндского правительства Э. Эркко на заседании иностранной комиссии Сейма заявил: «Мы ни на какие уступки Советскому Союзу не пойдем и будем драться во что бы то ни стало, нас обещала поддержать Англия, Америка и Швеция».

13 и 14 октября 1939 года в Финляндии была объявлена мобилизация запасных и введена всеобщая трудовая повинность.

Началась эвакуация населения из города Хельсинки, Выборга, Тампере, зоны Карельского перешейка и побережья Финского залива.

К концу ноября Финляндия развернула свои войска на границе СССР. В состав этих войск входили 9 пехотных дивизий, 5 пехотных бригад, 5 отдельных пехотных полков, 2 егерских батальона и одна кавалерийская бригада.

Кроме того, Финляндия располагала обученными резервами, состоящими из 300-400 тысяч человек, включая 100 тысяч щюцкоровцев (финских фашистов).

Военно-морские силы имели 29 различных кораблей, а военно-воздушные – 270 самолетов.

Финское командование рассчитывало до получения действенной военной помощи от западных государств сковать главные силы Красной Армии на линии Маннергейма, после чего вместе с войсками союзников перейти в контрнаступление и перенести военные действия на советскую землю.

Исходя из этого, главные силы Финляндии под командованием генерала Эстермана сосредоточились на Карельском перешейке. Оперативное построение армии Эстермана состояло из 3 эшелонов. В первом эшелоне для прикрытия зоны заграждений были развернуты 24 отдельных батальона и кавалерийская бригада. Во 2-ом эшелоне, на главной полосе укреплений – линии Маннергейма, находились 4-ая, 5-ая, 10-ая и 11-ая пехотные дивизии.

В 3-ем эшелоне на второй (тыловой) оборонительной полосе развернулись части 6-ой и 8-ой пехотных дивизий. Города Вийпури (Выборг), Кякисальми (Кексгольм) и Сортавала прикрывались егерскими батальонами и отрядами щюцкоровцев.

На переговорах в Москве Советским правительством было предложено Финляндии перенести государственную границу на Карельском перешейке на 120 км севернее, а вместо территории, отходящей к Советскому Союзу, Финляндия получала территорию Карелии по размерам в два раза больше.

Однако финская делегация не проявила уступчивости, и 28 ноября 1939 года СССР денонсировал заключенный с ней договор о ненападении и отозвал своих дипломатических представителей. Советское правительство в это время отдало приказ главному командованию Красной Армии и Военно-Морскому Флоту быть готовым ко всяким неожиданностям и немедленно пресекать возможные вылазки со стороны финской военщины.

ОБСТАНОВКА НА ГРАНИЦЕ КАРЕЛЬСКОГО ПЕРЕШЕЙКА
ПЕРЕД НАЧАЛОМ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ 1939 ГОДА

В 1929 году были построены боевые сооружения по переднему краю обороны и в этом же году сформировано управление коменданта Карельского укрепленного района, 15-ый и 17-ый отдельные пулеметные батальоны (каждый шестиротного состава – пять рот пулеметных, шестая рота – хозяйственная) и 151-ая отдельная рота связи.

Управление коменданта Карельского укрепрайона разместилось в Ленинграде в Петропавловской крепости. Комендантом КаУР был назначен А. А. Инно (финн, бывший командир Петроградской интернациональной военной школы), начальником штаба – А. В. Благодатов.

15-ый отдельный пульбат занял район от Ладожского озера до Лембалово, штаб разместился в Агалатово (в 1935 году штаб 15-го пульбата переместился в Куйвози).

17-ый отдельный пульбат занял район Лембалово – Елизаветинка – Сестрорецкий Курорт, штаб батальона в Левашово.

В 1932 году началось строительство Мертутской подстанции для обеспечения светом и вентиляцией боевых сооружений и электризации заграждений.

В 1936 году из местности, занимаемой укрепрайоном, было выселено гражданское население.

В связи с усилившейся со стороны Финляндии военной подготовкой на Карельском перешейке, Советское государство также было вынуждено принять меры по дальнейшему усилению северной границы.

В 1935-1936 годах развернулось строительство военных городков – Гарболово, Осельки, Черная Речка, Сертолово I и II. В этот район были переброшены 90-ая стрелковая дивизия с Украины и 70-ая стрелковая дивизия из Приволжского военного округа. Также был организован 19-ый стрелковый корпус, в который входила кроме 90-ой и 70-ой стрелковых дивизий еще 24-ая стрелковая дивизия. С осени 1936 года оборона Карельского перешейка была возложена на 19-ый стрелковый корпус. 90-ая стрелковая дивизия прикрывала полосу района от Ладожского озера до Лембаловского озера. Штаб размещался в Осельках. 70-ая стрелковая дивизия прикрывала полосу от Елизаветинки до Финского залива. Штаб размещался в поселке Черная Речка. Резервная 24-ая стрелковая дивизия размещалась в Ленинграде. 19-ый стрелковый корпус был усилен двумя корпусными артполками.

В 1936 году управление коменданта укрепрайона было упразднено. Продолжалось строительство новых сооружений и укреплений. 15-ый и 17-ый отдельные пульбаты в соответствии занимаемым районам были поручены стрелковым дивизиям.

В июле 1938 года и октябре 1939 года на базе 90-ой и 70-ой стрелковых дивизий были сформированы 7-ой и 106-ой крепостные отдельные пульбаты.

Военно-политическая обстановка накалялась. Советское правительство было вынуждено принимать срочные меры по обеспечению безопасности северо-западных рубежей.

В сентябре-октябре 1939 года, когда фашистская Германия напала на Польшу, советское правительство предложило прибалтийским государствам заключить договоры о взаимопомощи, и такие договоры были подписаны.

Советские войска вошли в эти страны и начали создавать военно-воздушные и морские базы для обороны наших соседей. В это время находившиеся в Финляндии английские и немецкие инструкторы усиленно готовили финские войска к войне с СССР.

ВОЙНА С ФИНЛЯНДИЕЙ С 30 НОЯБРЯ 1939 ГОДА ПО 13 МАРТА 1940 ГОДА

Усилились провокационные вылазки финской военщины на границе. В ноябре 1939 года прогремели провокационные выстрелы финнов в районе поселка Майнила, где находились наши подразделения – четверо бойцов убито, девять ранено.

30 ноября 1939 года войска Ленинградского военного округа перешли в наступление на Карельском перешейке. В составе стрелковых дивизий действовали и крепостные пулеметные батальоны. Они были сняты с рубежа, а для охраны сооружений и имущества оставлены по одной-две роты под командованием заместителя командира 70-ой стрелковой дивизии полковника Лазаренко.

Вот как вспоминает о начале событий один из участников финской кампании младший политрук товарищ Катасонов.

«Днем 29 ноября был получен боевой приказ. Началась усиленная подготовка к походу. Поздно вечером из штаба сообщили: «Приказано перейти границу завтра, 30 ноября». Ночью состоялись партийные и комсомольские собрания, а затем митинг. Никогда до этого я не видал таких собраний. Речи короткие, ясные, точные, слова, идущие от сердца. И сама собой родилась не резолюция, а торжественная, единым порывом рожденная, клятва – победить. Один за другим поднимаются бойцы. В их речах горячая любовь к народу, партии, клятва верности Родине.

Так проходит ночь. Еще темно. Шумит лес. Беззвучно двигаются бойцы к границе, бесшумно занимают огневые позиции, выбирают укрытия, ложатся у пулеметов. На горизонте появилась светлая полоска. С нетерпением бойцы ждут сигнала к началу наступления. 7 часов 40 минут. 7 часов 50 минут. Осторожно, чтобы не производить шума, люди проверяют затворы винтовок, пулеметные ленты. Шепотом передаются команды. 8 часов. С треском взлетают в небо ракеты, озаряя черные стволы деревьев. В это же время прокатывается орудийный гром. Началась артиллерийская подготовка. На финской стороне реки Сестра видны разрывы снарядов. Лежа в снегу, мы наблюдаем за разрушениями, производимыми нашей артиллерией.

8 часов 30 минут. Артиллерийский огонь стихает. Неожиданно наступившую тишину нарушает мощный гул моторов танков и тракторов. За танками идет пехота, движется артиллерия. Под натиском танков финны пускаются в бегство. Они спешно минируют дороги по пути следования наших войск. Пограничный столб СССР – Финляндия остался позади».

На Карельском перешейке, на главном направлении, удар по финской армии наносила 7-ая армия под командованием командарма 2-го ранга Л. Ф. Яковлева.

В ходе начавшихся боевых действий военный совет округа, руководствуясь указаниями Главного Командования Красной Армии, сосредоточил основные усилия на Карельском перешейке. Войскам севернее Ладожского озера была поставлена задача сковать силы Финляндии в этом районе, не допустить высадки морского десанта западных держав на севере Финляндии.

Перед войсками 7-ой армии ставилась задача наступать вдоль шоссе и железных дорог, ведущих на Выборг. Прорыв на участке в 17 км должны были осуществить два стрелковых корпуса, усиленные тремя танковыми бригадами, одним танковым батальоном и двадцатью артполками. На кексгольмском направлении наносился вспомогательный удар.

30 ноября 1939 года после 30-минутной артподготовки советские войска на севере перешли в наступление и в течение 10 дней блокировали северное побережье Ладожского озера.

На Карельском перешейке советские войска в первые дни встретили упорное сопротивление и к исходу дня продвинулись только на пять-шесть километров. К главной полосе финской обороны – линии Маннергейма спустя два дня подошли 142-ая стрелковая дивизия и 10-ая танковая бригада. Другие соединения 7-ой армии вышли к ней только 12 декабря.

Действия армии активно поддерживал Балтийский флот под командованием флагмана флота 2-го ранга В. Ф. Трибуца, а также Северный флот.

Морские десантники заняли ряд островов, расположенных к западу от Кронштадта – Сейскари (Сескар), Лавансари (Мощный), Сурсари (Гогланд), Нарви (Нерва), Сомери (Соммерс), и кроме того, финскую часть полуострова Каластаясааренто (полуостровов Рыбачий и Средний) в Баренцевом море. Флот блокировал Финляндию с моря.

Бои в полосе предполья требовали от личного состава войск огромного физического и морального усилия.

Военный Совет Ленинградского округа принял решение форсировать водный рубеж в полосе 142-ой стрелковой дивизии. Для этого 49-ая и 150-ая стрелковые дивизии, усиленные артиллерией, объединили в особую группу под командованием комкора В. Д. Грендаля. Она должна была форсировать реку Тайпален-йоки (Бурная) и выйти в тыл укреплений финнов, а 142-ая стрелковая дивизия – форсировать перешеек в районе озера Суванто-ярви (Суходольское) и реки Вуокси у станции Кивиниеми (Лосево).

6 декабря 1939 года Тайпален-йоки с большим трудом была форсирована, и туда перебросили шесть батальонов пехоты. Однако дальше развить успех не удалось.

Наступление в условиях озерной лесистой местности и широкого применения противником различных заграждений в сочетании с природными рубежами потребовало от советских войск большого напряжения, упорства и героизма. Глубокий снег, до двух метров, исключал продвижение войск и особенно техники вне дорог, а пригодные для движения пути были прикрыты финскими войсками и долговременными сооружениями.

Финская армия уже в это время имела автоматы. Первый период наступления советских войск вскрыл недочеты в их подготовке и управлении. Некоторые подразделения не были достаточно подготовлены для ведения боевых действий в этих условиях. Несмотря на героизм и отвагу во время боев, преодоление препятствий отдельными воинами и командирами, вскоре стало ясно, что прорыв линии Маннергейма может принять затяжной характер и привести к ненужным потерям.

Начатое 7 декабря наступление в районе Кивиниеми (Лосево) также не имело успеха. Оно было приостановлено, и началась подготовка войск к генеральному наступлению.

В декабре 1939 года началось формирование 13-ой армии.

Для укрепления руководства войсками на Карельском перешейке командиром 7-ой армии был назначен командарм 2-го ранга К. А. Мерецков, членами Военного совета – А. А. Жданов и дивизионный комиссар Н. Н. Вашугин. Начальник штаба – комбриг Г. С. Иссерсон. Командующим 13-ей армией назначен комкор В. Д. Грендаль, а членом Военного Совета – корпусный комиссар А. И. Запорожец.

Для объединения действий обеих армий был образован Северо-Западный фронт во главе с командармом 1-го ранга С. К. Тимошенко. В состав Военного совета вошли А. А. Жданов, начальник штаба командарм 2-го ранга И. В. Смородинов, начальник ВВС комкор Е. С. Птухин и корпусной комиссар А. Н. Мельников.

Штаб Ленинградского округа по решению Ставки был переформирован в штаб и управление Северо-Западного фронта.

Для подготовки войск к действию зимой на лыжах в озерно-лесистой местности в условиях сильных морозов и для приобретения опыта штурма долговременных рубежей и железобетонных сооружений Главный Военный совет принял решение приступить к всесторонней подготовке войск.

Фронт получил задачу провести подготовку наступательных операций с целью прорыва линии Маннергейма, разгрома основных сил белофиннов на Карельском перешейке с последующим выходом советских войск на линию Кексгольм (Приозерск) – станция Антреа (Каменногорск) – Выборг.

Главный удар наносился на выборгском направлении, вспомогательные – на кексгольмском направлении и через Выборгский залив.

Для проведения операции были привлечены:

•  13-ая армия в составе:
девять дивизий, шесть полков резерва Главного Командования, три корпусных артполка, два дивизиона бронемашин, одна танковая бригада, два отдельных танковых батальона, пять авиаполков и один кавалерийский полк;

•  7-ая армия:
двенадцать дивизий, семь артполков резерва Главного Командования, четыре корпусных артполка, два дивизиона бронемашин, пять танковых и одна стрелково-пулеметная бригады, десять авиаполков, два отдельных танковых батальона;

•  резервная группа Ставки в составе:
три стрелковых дивизии, танковая бригада и кавалерийский корпус.

Советские войска почти месяц тщательно готовились к прорыву линии Маннергейма. Ленинградские заводы обеспечивали войска фронта новыми средствами борьбы и защиты – миноискателями, бронещитками, бронесанями, санитарными волокушами.

Была проделана работа по подготовке исходного рубежа для наступления.

Увеличилась пропускная способность железных дорог Ленинградского узла, строили новые дороги, мосты, улучшали сеть грунтовых дорог. Прокладывались траншеи в направлении дотов противника, рылись окопы, сооружались командные и наблюдательные пункты, подготавливались огневые позиции для артиллерии, исходные позиции для танков и пехоты.

В период подготовки войск боевые действия на фронте не прекращались. На основании разведданных велось разрушение артиллерией и авиацией укреплений главной полосы обороны финнов. Значительная часть сооружений линии Маннергейма была разрушена огнем артиллерии до начала решающего наступления.

Помимо разрушительных действий массированный методический огонь изматывал противника.

Только артиллерия 7-ой армии ежедневно расходовала около двенадцати тысяч снарядов и мин.

Кроме того, в завершающем периоде подготовки с 1 по 10 февраля были проведены частные операции силами 100-ой, 113-ой и 42-ой стрелковых дивизий 7-ой армии, а также 150-ой и 49-ой стрелковых дивизий 13-ой армии с целью тщательной разведки неприятельской обороны и дезориентации в отношении сроков главного удара, проверки готовности войск к предстоящему наступлению.

К концу января 1940 года подготовка к наступлению в основном была закончена. 3 февраля 1940 года Военный Совет фронта утвердил окончательный вариант плана операции. 13-ой армии ставилась задача прорвать укрепленную полосу на участке от устья реки Тайпален-йоки (Бурная) до озера Муолан-ярви (Глубокое) с последующим наступлением на рубеж Кексгольм (Приозерск) – станция Антреа (Каменногорск), нанося главный удар левым флангом между озерами Вуокси-ярви и Муолан-ярви силами пяти стрелковых дивизий и танковой бригады при поддержке шести артполков.

Вспомогательный удар планировалось нанести на левом фланге двумя стрелковыми дивизиями. В центре армии чтобы сковать противника предполагалось наступать силами одной дивизии. Ближайшей задачей армии было выйти на четвертый-пятый день операции на рубеж Лохи-йоки (Соловьево, на берегу Ладожского озера) – Пурпуа (район севернее центральной части озера Суходольского) – озеро Суванто-ярви (Суходольское) – Ритасари (район устья реки Булатная) – Ильвэс (район севернее озера Глубокое) (на глубину двенадцать километров).

7-ая армия получила задачу прорвать укрепленную полосу противника на участке озеро Муолан-ярви (Глубокое) – Кархула (Дятлово) с последующим наступлением на фронт станция Антреа (Каменногорск) – Выборг. Главный удар армия наносила на своем правом фланге на фронте Муолан-ярви – Кархула девятью дивизиями, пятью танковыми и одной стрелковой пулеметной бригадой при поддержке десяти артполков. Вспомогательный удар наносился на левом фланге двумя стрелковыми дивизиями. Ближайшей задачей было выйти на рубеж Ильвэс (район севернее озера Глубокое) – станция Кямяря (Гаврилово) – Хумола (Моховое) (глубина десять-двенадцать километров) на четвертый-пятый день.

11 февраля 1940 года после мощной артподготовки пехота и танки обеих армий под прикрытием огневого вала перешли в атаку. Наступил решающий этап боев. К 14 февраля части 7-ой армии (123-я сд) прорвали главную полосу финской обороны на фронте шесть километров и на глубину шесть-семь километров. К исходу 16 февраля прорыв в полосе 7-ой армии достиг ширины одиннадцать-двенадцать километров и глубины одиннадцать километров.

В полосе 13-ой армии части 23-го стрелкового корпуса подошли вплотную к переднему краю укрепленного района Муола – Ильвэс.

16 февраля на главном направлении были введены в бой резервные дивизии фронта. Во второй половине дня финны, не выдержав удара, отступили, оставив свои позиции от Муолан-ярви до Кархула и западнее от Кархула до Финского залива.

С утра 17 февраля войска 7-ой армии начали преследование противника. Темпы наступления увеличились до шести-десяти километров в сутки. К 21 февраля советские части очистили от врага западную часть Карельского перешейка, острова Койвисто (Бьерке, Большой Березовый), Ревон-сари (Лисий), Тиурин-сари (Западный Березовый) и Пий-сари (Северный Березовый).

Подвижные группы 7-ой армии, наступающие впереди пехоты, были остановлены перед второй полосой финской обороны. 21 февраля командование фронта приказало вывести из боя главные дивизии для отдыха и пополнения, перегруппировать наступающие войска, подтянуть резервы. 28 февраля после артподготовки наши части вновь пошли в наступление. Не выдержав натиска, финские войска начали отступать по фронту прорыва от Вуокси до Выборгского залива.

Войска 7-ой армии в течение 28-29 февраля прорвали вторую полосу обороны, а с 1 по 3 марта вышли на подступы к Выборгу.

Воодушевленная успехами 7-ой армии, 13-ая армия, форсировав частью сил в двух местах реку Вуокси, развивала удар на Кексгольм (Приозерск), угрожая окружением двум финским дивизиям. Другие войска этой армии вышли к озеру Носкуанселькя (Большое Градуевское), в район Носкуанселькя – Репола, перерезав железную дорогу Выборг – Антреа (Каменногорск). 7-ая армия вышла к Сайменскому каналу, схватив с северо-востока Выборгскую группировку противника.

Форсировав Выборгский залив, советские войска захватили плацдарм на его западном берегу по фронту сорок километров и глубиной тринадцать километров, перерезав шоссе Выборг – Хельсинки.

В первых числах марта наступил ответственный момент для советских войск – бои за город Выборг. Финское командование придавало большое значение надежности обороны Выборга. Оно надеялось, что меры по ее упрочнению затянут войну и позволят дождаться активной помощи от западных государств. Для этого во главе войск, оборонявших Выборг, был поставлен начальник главного штаба генерал-лейтенант К. Л. Эш. Кроме того, в конце февраля финны взорвали шлюзы Сайменского канала, затопили предместья города и площади перед ним на десятки квадратных километров.

Для окружения группировки врага и его разгрома 10-ый и 28-ой стрелковый корпуса должны были занять позицию западнее Сайменского канала. Успешные действия войск 7-ой армии создали условия для полного окружения Выборга. 11 марта советские войска подошли к выборгскому предместью Карьяла (имени Кирова). Несмотря на упорное сопротивление противника, 13 марта части 7-ой стрелковой дивизии вышли к зданию тюрьмы и вокзала. Дивизия овладела восточным и юго-восточным районами Выборга. Судьба Выборга была решена. Выборг был взят.

Каждый день продолжения боевых действий приближал Финляндию к военной катастрофе.

Потерпев военное поражение, правительство Финляндии обратилось к Советскому правительству с просьбой о мире. 12 марта 1940 года в результате переговоров в Москве был подписан мирный договор. 13 марта в 12 часов в соответствии с условиями мирного договора боевые действия по всему фронту были прекращены. Мирный договор обязывал Финляндию не участвовать во враждебных СССР коалициях.

Финские части полуострова Каластаясааренто (полуостровов Рыбачий и Средний) были переданы Советскому Союзу. СССР получил на тридцать лет в аренду полуостров Ханко. Граница на Карельском перешейке была отодвинута от Ленинграда на 150 километров.

Карельский перешеек как старинная русская земля снова вернулся в состав земли русской.

В советско-финской войне 1939 года части Красной Армии получили богатый опыт боевых действий в зимних условиях прорыва мощного укрепленного района. Этот боевой опыт получили и части Карельского укрепленного района, которые принимали самое активное участие с начала подготовки к боевым действиям и до победы.

О доблести, мужестве и героизме в этих боях воинов Красной Армии написано много, но нужно отметить хотя бы некоторые примеры боевых действий подразделений укрепрайона. В момент перехода границы особо отличился расчет полевой электростанции 30-ой отдельной электротехнической роты под командованием младшего военного техника Лисунова Кузьмы Евдокимовича. По заданию командования группа подготовила вывод из строя аппаратуры и линии связи противника. У моста через реку Сестра, на самой границе, ночью, проводилась подготовка к операции. Полевая электростанция была подвезена и установлена на окраине поселка Александровка. Утром, перед самым началом боевых действий, подключением электрического тока к линии связи на Выборгском направлении вся аппаратура телефонно-телеграфной связи противника в районе Раяйоки (Солнечное) и Терийоки (Зеленогорск) была выведена из строя. За эту операцию младший воентехник Лисунов был награжден орденом Красной Звезды, а остальные члены группы – медалью «За боевые заслуги».

15 декабря 1939 года два пулеметных взвода – Кутихина и Стурова, совместно со стрелковыми подразделениями, получили приказ о наступлении на огневые точки противника, расположенные на северном берегу озера Суванто-ярви (Суходольское).

Подразделения своими действиями должны были отвлечь внимание противника и этим предоставить возможность соседу справа нанести основной удар по противнику с фланга.

Путь наступающих проходил по заснеженному озеру. Сигнал атаки. Под градом пуль бойцы устремились вперед, но атака захлебнулась. Вражеский огонь прижал бойцов к земле. Через несколько минут младший лейтенант Шутихин поднялся во весь рост, увлекая за собой бойцов. Ворвавшись на позиции противника, Шутихин получил сквозное ранение в бедро. Командование взводом принял его помощник Храбров. Он также уверенно и смело руководил действиями взвода и до конца выполнил боевую задачу. Также смело и умело действовал взвод младшего лейтенанта Стурова. Оба офицера были награждены орденами Красной Звезды, а командир отделения Храбров медалью «За отвагу».

Большинство финнов – охотники и отличные лыжники. Командование финских войск умело использовало эти качества солдат и офицеров для организации диверсионных отрядов и групп с целью проникновения в наши тылы для организации диверсий, нападения на колонны частей, штабы, тылы.

Подразделения пулеметных батальонов укрепрайона нередко использовались для прикрытия флангов и стыков частей, охраны штабов, тылов и важных коммуникаций. Им приходилось вести бои по уничтожению диверсионных групп противника.

Одна из пулеметных рот под командованием старшего лейтенанта Цингауза попала в окружение. Путь в тыл был отрезан диверсионной группой противника. Необходимо было разведать силы противника. В разведку изъявило желание пойти отделение во главе с младшим лейтенантом Бондаревым. Бойцы ушли ранним утром в белых маскхалатах и, пройдя около трех километров, начали осторожно входить в разрушенную деревню. Вдруг из-за труб и остовов домов затрещали пулеметы и автоматы. Отделение развернулось в боевой порядок и вступило в бой. Силы оказались неравными. Белофинны, увидев, что бойцов немного, окружили их, но бойцы не дрогнули, мужественно сражались до конца.

Взвод, пришедший на выручку, опоздал. Все семь человек пали смертью храбрых. Их имена: младший лейтенант Л. В. Бондарев, командир отделения В. В. Маньков, красноармейцы И. П. Кукушкин, В. Я. Жигалов, И. В. Лучин, З. Ш. Ходыров, И. И. Богданов. Память о них осталась навсегда в сердцах советских людей.

Был и такой случай: под покровом темной ночи группа белофиннов окружила красноармейца Занку. Бесшумно крались враги, но Занку обнаружил их и так как они были уже близко, вначале пустил в ход ручные гранаты, а затем, развернув пулемет, открыл огонь. Противник в панике скрылся в лесу. Красноармеец Занку в этом бою был ранен, но не оставил пулемет и свой боевой пост. За храбрость и мужество он был награжден медалью «За боевые заслуги».

13 января 1940 года пулеметный взвод под командованием лейтенанта П. А. Ананича находился на стыке между 1-ым и 3-им стрелковым батальонами 701-го стрелкового полка и прикрывал штаб этого полка. Группа белофиннов силой до роты, зайдя скрыто с фланга, напала на взвод, имея целью уничтожить охрану, прорваться в штаб, разгромить его, взять пленных и документы.

Перерезав связь и окружив взвод с трех сторон, финны с криком и шумом пошли в атаку. Командир взвода Ананич подал команду занять круговую оборону. Гранатами и пулеметным огнем противник был отброшен. Три раза поднимались враги в атаку, но каждый раз их встречал шквальный огонь пулеметов и разрывы гранат. С большими потерями белофинны скрылись в лесу. Лейтенант Ананич за умелые действия, доблесть и храбрость при защите штаба был награжден орденом Красного Знамени.

Много было и других примеров, когда бойцы Карельского укрепрайона проявляли мастерство, смекалку, отвагу, мужество и преданность Родине.

В тяжелых условиях боевой обстановки бойцы УРовских подразделений свои лучшие помыслы связывали с коммунистической партией. Коммунисты были в первых рядах и на самых опасных участках, личным примером они увлекали людей на боевые подвиги. Смертью героев погибли в боях младший политрук Павлоцкий, комиссар 40-го отдельного пулеметного батальона старший политрук Панин, младший политрук Антонов.

Многие кадровые офицеры укрепрайона, командиры взводов и рот, отличившиеся в боях, были выдвинуты в период Великой Отечественной войны на должности командиров частей укрепленных районов Ленинградского фронта. Среди них – Подкопаев, Остроумов, Косарев, Хасанов, Левченко, Широков, Герасимов, Шалыгин, Батаев, Шутихин, Соловьев и другие.

В связи с перемещением государственной границы 19-ый стрелковый корпус изменил свою дислокацию. Его 142-ая и 115-ая стрелковые дивизии вышли на участок новой границы от Сортавала (исключительно) до Энсо (Светогорск) (исключительно), левее их граница на участке Энсо – Финский залив прикрывалась 123-ей и 43-ей дивизиями 50-го стрелкового корпуса.

На рубеже Карельского укрепрайона в августе 1940 года был сформирован 22-ой укрепленный район, в состав которого вошли 1-ый, 13-ый, 7-ой, 106-ой и 4-ый отдельные пулеметные батальоны, батальон связи, 125-ый отдельный саперный батальон, 30-ая и 33-ая отдельные электротехнические роты. Управление 22-го УР расположилось в поселке Черная Речка. Комендантом был назначен полковник Ермолин (умер в начале 1941 года), комиссаром – бригадный комиссар Драничников.

В январе 1941 года по приказу Ленинградского военного округа 4-ый ОПАБ (командир батальона – капитан Синцов) в полном составе с вооружением (1119 человек, 107 станковых и 60 ручных пулеметов) был выведен из состава 22-го УР и переброшен в район севернее Выборга, где на рубеже Энсо – Финский залив заканчивалось строительство нового укрепленного рубежа. Батальон вошел в состав 50-го стрелкового корпуса, штаб которого располагался в городе Выборге. 13-ый и 7-ой пульбаты были переброшены на полуостров Рыбачий, а вместо них организованы новые. Карельский перешеек прожил мирной жизнью в составе Советского Союза всего около 15 месяцев.

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА НА КАРЕЛЬСКОМ ПЕРЕШЕЙКЕ

Уже в 1940 году, когда Германия начала готовить нападение на СССР, в штабе Ленинградского округа начали появляться тревожные сообщения разведки о том, что немецкие войска, оккупировавшие Норвегию, изучают не норвежский язык, а русский. Другие разведчики передавали, что нападение на Ленинград произойдет весной 1941 года.

На территории Финляндии велась активная подготовка к военным действиям. Интенсивно строились дороги к границам СССР. В пограничных районах создавались запретные зоны, запрещен свободный проезд в портовые города, расположенные на побережье Ботнического залива.

С первого июня 1941 года в Финляндии проводилась скрытая мобилизация и переброска войск к советской границе. В Финляндии появились немецкие войска.

Учитывая обстановку, Военный Совет округа принял меры, направленные на повышение готовности наших войск. 19 июня 1941 года все войска Ленинградского округа были приведены в готовность № 2. Положение становилось все тревожнее. В половине первого часа ночи 22 июня Военный Совет получил из Москвы телеграмму Наркома обороны Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко и начальника Генерального штаба Г. К. Жукова, предупреждающую о возможности нападения Германии на Советский Союз. На рассвете 22 июня немецкие войска, вероломно нарушив договор 1939 года, начали военные действия против СССР.

На севере гитлеровские войска совместно с финскими войсками разработали план «Голубой песец», по которому армия фашистской Германии «Норвегия» получила задачу захватить Мурманск и Кандалакшу, а финские войска, наступая между Ладожским и Онежским озерами и на Карельском перешейке, должны были соединиться с германскими войсками на реке Свирь и в районе Ленинграда.

В 4 часа 30 минут 22 июня 1941 года было получено указание Наркома обороны не допускать ничего, что могло бы обострить отношения с Финляндией. К восьми часам утра 22 июня 1941 года в штабе Ленинградского округа была получена от Наркома обороны директива относительно дальнейших действий:

«1.  Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу. Впредь до особого распоряжения наземным войскам границу не переходить.

2.  Разведывательной и боевой авиации установить места сосредоточения авиации противника и группировку его наземных войск… На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налетов не делать».

Войска начали выдвигаться на рубежи обороны.

24 июня на базе управления и войск Ленинградского Военного округа был образован Северный фронт. Командующим фронта был утвержден генерал-лейтенант М. М. Попов, начальником штаба – генерал-майор Д. Н. Никишев, членами Военного Совета – корпусной комиссар Н. Н. Клементьев, дивизионный комиссар А. А. Кузнецов и бригадный комиссар Т. Ф. Штыков.

24 июня Ставка Главного командования Вооруженных Сил СССР информировала Военсоветы Северного фронта, Северного и Краснознаменного Балтийского флотов, что на территории Финляндии сосредотачивается немецкая авиация для нанесения удара по Ленинграду, Мурманску и Кандалакше.

25 июня для предупреждения нападения авиации противника на Ленинград был нанесен упреждающий авиационный удар по 19 аэродромам противника. Было совершено 487 самолетовылетов, уничтожено 130 вражеских самолетов на земле и сбито 11 в воздухе. Авиационные удары по вражеским аэродромам и скоплениям войск продолжались и в последующие дни.

В начале 1941 года комендантом 22-го укрепрайона был назначен генерал-лейтенант М. А. Попов, начальником штаба – полковник Ладыгин. К началу Отечественной войны части 22-го УР дислоцировались: 1-ый ОПБ – Никулясы – Перемяки (штаб в Куйвози), 63-ий ОПБ – Лембалово – Елизаветинка (штаб в Агалатово), 4-ый ОПБ – Медный Завод – Мертуть (штаб в районе Мертути), 106-ой ОПБ – Белоостров – Сестрорецк (штаб – Дибуны), 125-ый отдельный саперный батальон – район Белоострова, штаб 22-го УР – район Черной Речки.

К 1941 году было полностью закончено строительство пулеметных сооружений (ДОТ), а также артиллерийских капониров на главных направлениях, построен командный пункт УР, закончено строительство инженерных и артиллерийских складов и тыла.

К июню 1941 года на рубеже укрепрайона плотность боевых сооружений была незначительной, между узлами существовали большие разрывы – от трех до семи километров. Глубина обороны не превышала полтора-два километра. Очень слабая была противотанковая оборона. Оборона рубежа была рассчитана на сильное полевое заполнение.

Как уже было сказано ранее, 4-ый отдельный пулеметный батальон под командованием капитана Синцова занял вновь построенные сооружения от Энсо до Финского залива. К началу войны укрепрайон был полностью освоен и подготовлен к боевым действиям. На границе в это время участились нарушения. 18 июня в районе станции Лоуко (Пограничное) (приграничной станции по железной дороге Выборг – Хельсинки) при сплошном прочесывании местности войсковыми подразделениями обнаружены три диверсанта, при задержании двое убиты, третьего сняли с дерева, где он наносил на схему наши боевые сооружения и фотографировал их.

На допросе диверсант держал себя высокомерно и хвастливо заявил: «Скоро маленькая Финляндия будет творить большие дела со своим старым другом».

26 июня в этом же районе в 6 часов утра финский усиленный пехотный батальон внезапно, без выстрелов, напал на пограничный пост в районе опорного пункта роты старшего лейтенанта Батаева. Расчет был на то, чтобы без шума уничтожить пограничников и захватить боевые сооружения до занятия их гарнизонами. В ночное время личный состав гарнизонов отдыхал в поселке, в 200-300 метрах от сооружений, ДОТы охранялись часовыми.

Пограничники обнаружили противника и открыли огонь. По тревоге гарнизоны заняли сооружения и сильным пулеметным огнем отбили первую атаку. Тогда противник открыл огонь по сооружениям из 155-мм тяжелых орудий, стараясь разрушить сооружения. Под прикрытием артиллерийского огня финны попытались вклиниться на флангах и просочиться в тыл, но все их попытки отбивались огнем пограничников и пулеметных подразделений УР, переброшенных с других опорных пунктов на эти участки.

Командир роты старший сержант Батаев, осетин, энергичный командир, умело руководил действиями роты в бою, своевременно разгадывая замысел противника. Особенно отличился в этих боях лейтенант Смоленский. Несмотря на сильный огонь противника, он всегда появлялся в самых нужных участках и переброской части пулеметов из сооружений на открытые площадки устранял опасность обхода, окружения и блокировки сооружений с тыла.

7 часов длился бой. Подошедшими стрелковыми подразделениями противник был отброшен за государственную границу.

На следующий день финские части атаковали опорный пункт на северной окраине города Энсо, но встреченные сильным огнем из боевых сооружений роты старшего лейтенанта Шалыгина, вынуждены были отойти за границу. Однако часть финских «кукушек» просочились, обойдя опорный пункт, в город Энсо и заняли территорию склада лесобумажной фабрики. Но и это подразделение противника было отброшено за границу. Это были первые бои на Карельском перешейке и в них на границе 1940 года приняли активное участие подразделения укрепрайона.

В гитлеровском плане «Барбаросса» захвату Ленинграда отводилось одно из первых мест. Политические и военные руководители фашистской Германии полагали, что захват Ленинграда, Кронштадта и мурманской железной дороги автоматически повлечет за собой потерю Советским Союзом Прибалтики, приведет к гибели Балтийского флота, резко ослабит оборонительный потенциал советских вооруженных сил и лишит СССР коммуникаций, идущих вглубь страны от портов Баренцева и Белого морей. Они считали, что Ленинград будет взят немецкими войсками к концу июля 1941 года.

После успешного нападения фашистской Германии на СССР и двух безуспешных попыток наступления финской армии главное командование финских войск 1 июля 1941 года начало на севере Ладожского озера свою третью попытку. Финским войскам была поставлена задача сковать части Красной Армии на сортавальском и выборгском направлениях. Однако атаки противника севернее Ладожского озера в направлении Лахденпохья в стык 23-ей и 7-ой армий также не имели успеха. И только 31 июля 2-ой армейский корпус финской армии начал наступление на Карельском перешейке, ведя бои с частями 23-ей армии, 7-ой армии и пограничными войсками.

Второй армейский корпус финнов стремился окружить действовавшие здесь советские войска, а затем развить успех, нанеся удар по направлению реки Вуокси, форсировать ее и выйти в тыл выборгской группировке Северного фронта. 4-ый корпус финской армии готовился начать наступление на выборгском направлении.

142-ая и 115-ая стрелковые дивизии 23-ей армии вместе с пограничниками оказали упорное сопротивление противнику. Но обороняться на широком фронте (142-ая сд прикрывала границу на участке длиной 59 км, а 115-ая сд – на 47-километровом отрезке), не имея резервов, было практически невозможно.

Севернее 142-ой сд, на ее правом фланге, действовала 168-ая сд 7-ой армии под командованием полковника Андрея Леонтьевича Бондарева. Почти месяц она защищала границу СССР совместно с пограничниками. Даже после того, как 142-ая сд была отрезана от 168-ой сд, «бондаревцы», как их тогда называли на фронте, не дрогнули. Прижатые к берегу Ладожского озера, они во главе со своим комдивом решительно отражали многочисленные атаки неприятельских войск. Нередко противник прорывался и окружал отдельные подразделения, но ни одно из них не было разгромлено или пленено. Начальник оперативного отдела 168-ой сд С. Н. Борщев писал об этом времени: «25 дней мы стояли насмерть, удерживая нашу государственную границу, и 20 дней удерживали рубежи обороны Сортавала – станция Нива».

Не случайно в опубликованном в Финляндии в 1969 году дневнике финского генерала В. Э. Туомпо в записи 19 августа 1941 года комдиву 168-ой сд Бондареву была дана очень выразительная и лестная характеристика: «Хороший и стойкий командир». Такую оценку дал Бондареву ближайший помощник Маннергейма в его ставке. Профессионализм и мужество А. Л. Бондарева заслужили высокую оценку даже врагов.

Известный финский военный историк Хельге Сеппяля в последней своей книге также дал оценку командиру 168-ой сд А. Л. Бондареву. Он пишет: «Бондарев был искусным командиром».

В 142-ой сд 23-ей армии умело и профессионально действовали командир 461-го стрелкового полка полковник В. А. Трубачев и пулеметчик А. И. Заходский. Они стали Героями Советского Союза. Многие другие защитники северной границы Ленинграда проявили мужество, героизм и умение. Среди них был полковник 102-го сводного пограничного отряда С. Н. Донской. Этот отряд вел бой на границе СССР совместно с 168-ой сд А. Л. Бондарева и 142-ой сд С. П. Микульского.

«На кексгольмском направлении, – говорилось в сводках за 1 июля, – противник в нескольких местах перешел в наступление и пытался углубиться на нашу территорию. Решительным контрударом наших войск атаки противника были отбиты с большими для него потерями».

На этом направлении сводный отряд пограничников подполковника С. Н. Донского не дал противнику с ходу прорваться в Кексгольм с северо-запада. Несмотря на свою малочисленность, отряд более 10 суток вел упорные бои, нанося врагу значительные потери в живой силе и технике. Впоследствии отряд явился базой для создания войсковой группы кексгольмского направления.

В финской трехтомной истории войны о войсках на Карельском перешейке сказано: «Противник был стойкий, его главную часть составляли силы пограничников, которые сражались упорно, предпринимали контратаки, пытались продвинуться вперед. Используя ручные гранаты и нанося штыковые удары, они вели кровопролитные ближние бои в лесах и холмистой местности непрерывно в течение суток».

Эти примеры говорят о мужестве и стойкости всех войск, которые вели бои в 1941 году на Карельском перешейке. К сожалению, в нашей художественной и военной литературе недостаточно раскрыт ход боев июльских и августовских дней 1941 года, не освещена борьба воинов на отдельных участках.

Это можно объяснить только тем, что боевые действия на южных подступах к Ленинграду на лужском рубеже, а затем – на ближних подступах к городу, приковали к себе максимум внимания. Естественно, что в исторической и мемуарной литературе именно они заняли центральное место. По этой же причине не освещены и боевые действия Карельского укрепленного района, который задержал противника, и почти 3 года удерживал фронт в 25 километрах от Ленинграда.

Только в финской многотомной истории войны можно найти должную оценку мужества пограничников, воинов стрелковых и УРовских подразделений на Карельском перешейке в период 1941-1944 годов.

Лишь в результате длительных и ожесточенных боев 2-му корпусу противника удалось прорвать оборону 23-ей армии в приграничной полосе, развить наступление в направлении Хитола, Кексгольма, а 7 и 8 августа перерезать железную дорогу на участках Сортавала – Хитола и Хитола – Выборг.

Часть войск 23-ей армии, находящихся в районе Сортавала и Хитола, оказались прижаты к берегу Ладожского озера. Средняя часть фронта удерживалась нашими войсками, но постепенно отступала к Вуоксинской водной преграде.

В первых числах августа в связи с возникшей угрозой окружения наших войск был отдан приказ Ленфронта подготовить сооружения укрепрайона на границе 1940 года к взрыву.

7 августа было снято вооружение и приборы. Сооружения были взорваны. УРовский батальон под командованием капитана Синцова перевели в состав Слуцко-Колпинского укрепрайона, на южное направление обороны Ленинграда.

Окруженная в районе Сортавала часть 168-ой сд 7-ой армии в полном составе была вывезена Ладожской флотилией на остров Валаам, а оттуда – в район Петрокрепости.

142-ая сд, попавшая в окружение севернее Кексгольма, была переброшена судами Ладожской флотилии на южный берег Вуоксинской системы, где впоследствии заняла оборону.

11 августа началось наступление противника на всем Карельском перешейке.

С начала Отечественной войны по август 1941 года 22-ой укрепрайон развернулся по штату военного времени.

Кроме существовавших артиллерийско-пулеметных батальонов организовали новые, и УР состоял уже из 246-го, 1-го, 4-го, 126-го, 154-го, 293-го, 106-го и 63-го (8-го) ОПАБ, 125-го отдельного саперного батальона, 147-го отдельного батальона связи, 228-ой транспортной роты и 2-ой электророты. Численность личного состава УР – 5634 человека.

Для усиления полевых войск с задачей продлить задержку противника на дорожных направлениях из состава 22-го УР были выделены четыре заградительных отряда, которые должны были создать опорные пункты в помощь полевым войскам. Каждый отряд состоял из пулеметной роты, усиленной артиллерией:

•  3-я рота 1-го ОПАБ под командованием лейтенанта Николенко – район Кивиниеми (Лосево);

•  3-я рота 63-го ОПАБ под командованием лейтенанта Малеева – устье реки Салменкайта (Булатная);

•  1-ая рота 293-го ОПАБ – между озерами Муолан-ярви (Глубокое) и Яюряпян-ярви (Большое Раковое);

•  2-ая рота 106-го ОПАБ под командованием старшего лейтенанта Юферицина – Средневыборгское шоссе в районе Келола (Бобошино, Каменка).

Это были первые подразделения 22-го УР, которые начали боевые действия. 3-я рота 1-го ОПАБ под командованием лейтенанта Николенко, усиленная артвзводом, выехала в район Кивиниеми 12 августа 1941 года.

Вечером 12 августа рота прибыла в район Кивиниеми и заняла оборону на левом (северо-западном) берегу одноименной протоки.

Протока Кивиниеми (Лосевская) вытекает из Вуокси, а впадает в озеро Суванто-ярви (Суходольское). В месте впадения протоки в озеро находился железнодорожный мост железной дороги Кексгольм – Ленинград, в это время он был взорван. Все финские дома района были сожжены или разрушены, в том числе и станция Кивиниеми. Через протоку Кивиниеми был переброшен деревянный мост для автомобильного и гужевого транспорта. Протока Кивиниеми – очень быстрая, порожистая, много торчащих из воды камней. Скорость движения воды в протоке обусловлена тем, что уровень воды в Вуокси выше уровня Суванто-ярви почти на два метра.

Задачей роты было удержать берег протоки Кивиниеми как можно дольше. Задача была доведена до каждого командира и бойца, каждый знал что ему делать и как поступать при приближении противника.

Первые ночь и день прошли в подготовке рубежа обороны – были оборудованы основные и запасные огневые позиции, установлены пушки и станковые пулеметы. К утру рота была готова к встрече врага. Однако весь день 13 августа противник не появлялся, проходили отдельные группы отходящих советских войск и солдаты-одиночки.

К ночи движение на дороге прекратилось, началась сильная стрельба противника. Стрельба была беспорядочная, и было непонятно, откуда она велась.

Выстрелы были кругом и даже позади наших позиций. Не видя противника, рота огня не открывала, ждала. Через некоторое время стрельба прекратилась.

На Карельском перешейке в августе темное время суток непродолжительное, и вскоре бойцы обнаружили несколько просочившихся в район роты «кукушек» (финских солдат, устраивавших засады на деревьях). Финны пропускали отступавшие группы наших солдат и расстреливали их разрывными пулями, наносимые раны были страшными. Оказывается, это «кукушки» и устроили такую стрельбу из автоматов. Поэтому сразу и не смогли установить, откуда велась стрельба, так как выстрелы и разрывы пуль создавали иллюзию гораздо большего количества огневых средств, чем было на самом деле.

Уже утром солдатам роты удалось, стреляя из винтовок, уничтожить несколько «кукушек». Расчет финнов на то, что на их огонь рота откроет свой, и тем самым выдаст разведке огневые точки, не оправдался.

К середине дня к району подошли финские части и начался обстрел позиций роты из минометов. Почти два часа велся обстрел, но он не нанес ущерба. Рота не отвечала на огонь, не демаскировала свои огневые позиции. После минометного обстрела финны небольшими группами начали прощупывать оборону, а вечером пошли на штурм в направлении взвода лейтенанта Середина, находившегося в боевом охранении главного направления по дороге на мост. Интенсивный огонь пулеметов роты лейтенанта Николенко уложил наступающего противника на землю, а в дальнейшем вынудил отойти в лес. Ночью финны пытались пробиться на правом фланге к железнодорожному мосту, но и это им не удалось.

В течение периода с 13 по 20 августа финны все время пытались прорваться, но небольшими силами, и роте совместно со стрелковыми подразделениями удавалось отражать атаки. Каждый день становилось все тяжелее удерживать противника, усиливающего напор.

Стрелковые части 18 августа ушли, и рота могла полагаться только на свои силы. А их становилось все меньше. Все устали, спали урывками между атаками, заканчивались продукты питания и боеприпасы.

19 августа в середине дня был получен приказ перейти на правый (юго-восточный) берег протоки и продолжать удерживать район.

Когда рота почти вся переправилась на правый берег, и у моста на левом берегу оставался только взвод прикрытия лейтенанта Середина, финны начали обстреливать бойцов из минометов и продвигаться к рубежу взвода. Середин отправил взвод к роте на правый берег, а сам вместе с красноармейцем Демченко продолжил стрельбу из пулемета.

Когда финны подошли к лейтенанту уже почти вплотную, а патроны в пулемете закончились, Середина с Демченко пустили в ход гранаты, но оба были убиты. После этого лейтенант Николенко приказал взорвать мост, заминированный ранее и занять рубежи по правому берегу реки Вуокси. Здесь в качестве огневых точек и укрытий использовались подвалы и фундаменты разрушенных домов.

Организовывая оборону, бойцы пытались связаться с соседями справа и слева, однако никого не обнаружили. Сзади, в лесу, находились позиции артполка, с которым рота имела связь с первого дня, и который не раз помогал огнем в трудные минуты по просьбе роты.

Утром 20 августа артполк сообщил, что он уходит на новое место. Рота осталась одна. Боеприпасы на исходе. Неприкосновенный запас был съеден, питание закончилось, но в середине дня был получен приказ вернуться в ОПАБ.

Двигаясь из района Кивиниеми по дороге, которая проходила мимо железнодорожной станции Рауту (Сосново) и, проехав под мост, обнаружили небольшую группу финнов. Рота развернулась в боевой порядок и приняла бой. Финны отступили в лес. Преследовать их рота не могла, так как почти не было боеприпасов. Продолжая движение, рота вскоре прибыла в 1-ый ОПАБ. Поставленную задачу рота выполнила – почти десять дней удерживала оборону района Кивиниеми.

17 августа 3-я рота 63-го ОПАБ под командованием лейтенанта Малеева, также усиленная артвзводом, была направлена в устье реки Салменкайта (Булатная) и совместно с подразделениями 123-ей стрелковой дивизии в течение семи дней отбивала атаки противника. В одном из боев лейтенант Малеев был ранен, но продолжал руководить боем до получения приказа возвратиться в ОПАБ.

25 августа отряд 106-го ОПАБ под командованием старшего лейтенанта В. Н. Юферицина совместно с подразделениями 123-ей стрелковой дивизии вел бои с наседающим противником на Средневыборгском шоссе.

В первом же бою отличился младший сержант Егоров. Он подпустил близко идущих в атаку пьяных финских солдат и пулеметным огнем уничтожил большую группу противника.

26 августа артвзвод укрепленного района под командованием младшего лейтенанта Иванова был направлен в район Кириясалы для усиления стрелковых подразделений, прикрывающих дорогу на Лембалово. Взвод имел три 45-мм пушки и три ручных пулемета. Бойцы оборудовали огневые позиции недалеко от деревни Липола, тщательно замаскировали орудия. Вечером на дороге, идущей к деревне, появились первые группы финнов. Они осторожно входили в деревню. Затем появились груженые подводы. Подвыпившие солдаты начали распевать песни. На северной окраине финны затопили баню. Младший лейтенант Иванов, подготовив данные, подал команду «огонь». Первые же снаряды легли в цель. Баня и ближайшие постройки были подожжены, среди финских солдат началась паника. Финские автоматчики пытались несколько раз вклиниться в расположение взвода, но ни одна атака не увенчалась успехом. Три дня удерживал взвод свои позиции и только по приказу перешел в район Стеклянное, где продолжал действовать совместно с пограничниками.

В начале августа третья рота 125-го саперного батальона под командованием старшего лейтенанта Тивосенко находилась в отряде заграждений и обеспечивала отход наших подразделений из района Кексгольма постановкой минновзрывных заграждений.

Устанавливая мины в районе Карлахти (Кузнечное), рота оказалась без прикрытия стрелковых подразделений. Противник крупными силами занял поселок Карлахти и начал выдвижение своих подразделений по шоссе. Рота заняла боевой порядок и вступила в бой. Мужество и храбрость проявили в этом бою младший лейтенант Сизов, сержант Кирпонос, Шустов, Штукатуров и Старцев. В бою было истреблено более ста финских солдат. Рота удерживала это рубеж до прихода стрелковых подразделений. Младший лейтенант Сизов, прикрывая огнем ручного пулемета отход своего взвода, погиб, но обеспечил выход взводу без потерь.

Опорные пункты из рот и подразделений укрепрайона свои задачи выполнили, движение противника было приостановлено почти на месяц. Эта передышка дала 23-ей армии возможность вывести свои войска из-под удара с меньшими потерями. Район Выборга, Койвисто и северо-восточная часть Финского залива вместе с островами, входящими в этот район, оборонялись войсками 23-ей армии, пограничными войсками и Балтийским флотом до конца октября 1941 года и только 1 ноября оставили район и при помощи кораблей флота были эвакуированы через Кронштадт в Ленинград.

18 августа 1941 года 125-ый инженерно-саперный батальон (без одной роты) был направлен в район Волосово – Красногвардейск (Гатчина), где в течение месяца в соприкосновении с противником под непрерывными бомбежками и обстрелами проводил установку минновзрывных заграждений на пути наступавшего врага.

Героически дрались наши малочисленные стрелковые части, пограничники и истребительные батальоны, сдерживая продвижение финских войск к Ленинграду, защищая каждый рубеж.

А Карельский укрепрайон совершенствовался, готовился к отражению противника. Подходило пополнение, формировались новые части. Нужно было в короткий срок ознакомить людей с боевой службой, оборудованием боевых сооружений, научить владеть оружием. Все это делалось на ходу, одновременно сооружения приводились в боевую готовность, и строились новые долговременные точки и позиции.

Вместе с бойцами на укреплениях рубежа работали тысячи ленинградцев: рабочих, работниц, студентов. В тяжелое время июля 1941 года из Карельского укрепрайона для обороны Ленинграда во вновь созданные Красногвардейский (Красногвардейск – Гатчина) и Слуцко-Колпинский (Слуцк – Павловск) укрепрайоны в полном составе, с вооружением, убыли 126-ой, 4-ый, 283-ий ОПАБ.

Начиная с первых чисел сентября началось движение наших отступающих войск через подразделения укрепрайона. Надо было принять меры, чтобы противник не прорвался на плечах отходящих бойцов. Это отступление наших войск не очень напоминало планомерное организованное отступление. Видимо, командующий 23-ей армией генерал-лейтенант П. С. Пшенников со своим штабом потерял управление войсками и не сумел организовать их отход на рубежи укрепрайона. Об этом можно судить по характеру отступления и по тому, что маршал К. Е. Ворошилов как командующий Северным фронтом, отдал приказ об организации отхода частей к рубежу Карельского укрепрайона только в конце августа, назначив командующим 23-ей армией генерал-лейтенанта А. И. Черепанова. Черепанову пришлось на ходу формировать управление и организовывать взаимодействие КаУР, Ладожской военной флотилии, артиллерии Балтфлота, частей, поступающих из резерва фронта, а также собирать отступающие части.

К подходу финской армии к укрепрайону, в августе, был дополнительно сформирован 113-ый ОПАБ, а вместо убывших в Красногвардейск и Слуцк организованы новые – 4-ый ОПАБ и 126-ой ОПАБ. Личный состав продолжал совершенствоваться, изучать боевую технику и тактику боя, многие подразделения укрепрайона уже начали вести бои с противником.

При подходе финской армии к укрепрайону передний край обороны образовался там, где нашим войскам удалось остановить финские, поэтому он не везде совпадал с передним краем укрепрайона. Только в районах Лембалово, Елизаветинки, Мертути, Белоострова и Сестрорецка огневые сооружения укрепрайона находились в районах первой и второй траншей полевых войск. Но боевой порядок частей УР составлял основной костяк обороны района. Стрелковые части несли боевое охранение.

Начальники боевых участков являлись командирами полевых частей, им оперативно подчинялись подразделения укрепрайона, расположенные в границах боевых участков. Такое положение давало право в случае необходимости вызывать огонь или привлекать к участию в бою то или иное подразделение. Взаимодействие частей укрепрайона с полевыми войсками организовывалось в звене: стрелковый полк – ОПАБ, стрелковый батальон – пулеметно-артиллерийская рота. Оно заключалось во взаимном знании боевых порядков, установлении связи, общих сигналов, ориентиров, позывных таблиц и составлении совместного плана боя.

Отдельные сооружения вступили в бой уже в первые дни подхода финских войск к рубежу укрепрайона.

ДОТ «07», являясь испытательным, был построен вне полосы укрепрайона с выносом на линию переднего края на удалении 700 метров от других сооружений. Он не был связан с другими сооружениями.

По своей конструкции он также отличался. ДОТ «07» – двухамбразурное бутобетонное сооружение, в то время, как другие сооружения – железобетонные. Гарнизон «семерки» составлял 7 человек: комендант лейтенант Петров, старый член партии, призванный из запаса; заместитель политрука молодой, энергичный командир Ярославцев; начальники пулеметов Колосов и Смирнов, наводчики Веденев и Семичев; ручной пулеметчик Иванов. Благодаря большой работе лейтенанта и замполита личный состав в короткий срок овладел техникой и тактикой боя. Утром 3 сентября 1941 года противник открыл массированный артиллерийский огонь по нашим боевым порядкам. Только по району «семерки» было выпущено более 880 снарядов и мин, 25 из них попали в сооружение. После артподготовки финская пехота пошла в наступление. Подпустив атакующих на близкое расстояние, гарнизон пулеметным огнем отразил атаку. Тогда противник мелкими группами решил обойти сооружение с тыла. Под прикрытием артиллерийского и минометного огня группам удалось подойти к «семерке» с фронта и с тыла метров на сто, но их бросок в атаку был отбит кинжальным огнем пулеметов из сооружения и огнем ручного пулемета рядового Семичева, вышедшего из сооружения на открытые позиции возле входа.

На следующий день были отбиты новые атаки. Связь с ротой нарушилась, и в течение двух суток гарнизон вел бой в полном окружении. Группа связистов из роты не могла пробиться к сооружению, отбивая одну атаку за другой. Осажденные уничтожили более 70 солдат и офицеров противника. Все атаки были отбиты.

6 сентября в 15 часов три группы финнов, используя пересеченную местность, перебежками пытались близко подойти к «семерке» с трех сторон. Две из этих групп под огнем стрелковых подразделений залегли, третья продолжала подползать к сооружению. Лейтенант Петров запретил без команды открывать огонь по противнику.

Когда группа преодолела проволочное заграждение, прикрывавшее подход к сооружению, и приблизилась на 30 метров, по команде коменданта на нее был обрушен шквал пулеметного огня. Командир финской группы дал команду об отходе, но был тотчас же убит. Все попытки финнов унести убитых не удались. Ночью бойцы гарнизона подобрали мертвых врагов. Среди них был обнаружен труп финского офицера в чине капитана.

Четверо суток гарнизон стойко отражал атаки белофиннов. Раненые бойцы не выходили из строя. Перевязав раны, они опять занимали свои посты и продолжали вести бой. Лейтенант Петров показал себя храбрым офицером. Отличились в бою пулеметчик заместитель политрука Ярославцев, уничтоживший до 50 финнов и 2 пулемета, сержант Колосов, уничтоживший до 20 солдат и ручной пулемет. Связисты Козлов и Гизатдинов под сильным огнем восстановили более 80 порывов. Отлично действовал санинструктор Гарифулин, оказавший помощь трем раненым бойцам гарнизона и вынесший с поля боя двенадцать раненых бойцов стрелковых подразделений.

При одном из обстрелов прямыми попаданиями крупнокалиберных бетонобойных снарядов в сооружении была пробита насквозь лобовая стена и нарушены амбразуры. В течение нескольких ночей героическим трудом саперов и бойцов других сооружений к «семерке» волоком подтаскивали плиты корабельной брони и раствор бетона. За короткий срок все разрушения были заделаны бетоном, а лобовая стена закрыта бронеплитами толщиной 200 мм. Все это выполнялось на удалении 150 метров от первой траншеи финнов.

Как только восстановили связь с сооружением «07», из Смольного позвонил секретарь ЦК партии, член Военного совета фронта А. А. Жданов. Он интересовался боевыми успехами гарнизона, благодарил за героизм. Лейтенант Петров заверил: «Семерка врага не пропустит».

Встретив упорное сопротивление гарнизона «07», финны перешли на этом участке к обороне. После безуспешных попыток прорвать рубеж укрепрайона, командование финских войск отказалось от крупных наступательных операций. Финские войска перешли к разведывательным боям местного значения и диверсионным действиям по блокировке и уничтожению отдельных боевых сооружений.

31 марта 1942 года на рассвете финская артиллерия произвела сильный налет по переднему краю и в глубину боевых порядков. Под прикрытием огня, демонстрируя ложную атаку на правом фланге «07», рота финских лыжников в белых халатах уничтожила боевое охранение левее сооружения. Комендант сооружения лейтенант Петров в это время был на КП роты. По команде сержанта Колосова расчеты заняли свои боевые места и открыли огонь по штурмующей группе. Снаружи сооружения в траншее находились младший сержант Смирнов и ручной пулеметчик Иванов. Они тоже открыли огонь. Смирнов был убит, а в диск ручного пулемета Иванова попала пуля, и он был вынужден скрыться в сооружении. Под прикрытием первой атакующей группы вторая группа финнов с волокушами, нагруженными ящиками с взрывчаткой, подошла к сооружению с тыла.

«07» продолжал вести огонь по противнику. В это время произошел сильный взрыв. Был разрушен вход и задняя стенка сооружения. Группа бойцов под командованием лейтенанта Петрова прорвалась сквозь завесу огня, обнаружила разрушение сооружения и трупы его защитников в нем. Их было шесть человек: сержанты Колосов, Веденев и Смирнов, рядовые Ковылин, Семичев, Иванов.

За все три года обороны в Карельском укрепрайоне финской армии удалось блокировать и взорвать единственный ДОТ «07».

Однако в течение нескольких ночей, под прикрытием пулеметного огня, саперы восстановили «семерку» и она стала еще более мощным сооружением. Новый гарнизон «07» продолжал традиции героически погибших товарищей, не давая покоя врагу.

Не менее доблестными являются и действия гарнизона сооружения «02». Это пулеметное сооружение имело две амбразуры. Перед напольной стенкой впереди было мертвое пространство. Месторасположение этого ДОТа – 350 метров от противника. Комендант – младший лейтенант Норкин. Справа и слева к нему подходили лощины, густо поросшие кустарником. Боевое охранение занимало позиции 300 метров, справа на высоте «Безымянная». Соседнее сооружение поддерживало огнем «двойку», находясь в глубине за лощиной на расстоянии 500-600 метров.

7 июня в 13 часов финские батареи открыли сильный артиллерийский и минометный огонь по высоте «Безымянная», затем огонь был переброшен в район «двойки». Связь с ротой была нарушена. Прибежавший из боевого охранения с высоты «Безымянная» офицер сообщил, что боевое охранение выбито, и финны продвигаются к «двойке». Комендант младший лейтенант Норкин, отлично знавший сильные и слабые стороны сооружения, решил отбивать атаки основными силами гарнизона вне сооружения из траншей. Приказав трем бойцам остаться у пулеметов, и прикрывать огнем левый и правый фланги, Норкин с остальными бойцами заняли круговую оборону возле сооружения. Ефрейтора Блинова комендант послал в сооружение соседей сообщить обстановку и оттуда попросить от командира роты огня по району сооружения.

Финны появились в 50-60 метрах от сооружения. Кинжальным огнем пулемета ефрейтора Шпагина и рядового Денисова, занявших позиции в окопе перед напольной стенкой сооружения, атака была отбита. Вторая группа финнов численностью 15-20 человек пыталась атаковать слева, но под пулеметным и автоматным огнем бойцов гарнизона залегла в лощине. Финны стремились попасть в траншею, проходящую возле сооружения, и использовать ее для блокировки сооружения.

В это время артиллерийский огонь наших полевых батарей обрушился на высоту. Личный состав гарнизона укрылся в сооружении, только ефрейтор Шпагин и рядовой Денисов были найдены на дне траншеи, засыпанные землей, живые, но оглохшие от разрывов снарядов.

Гарнизон «двойки» не только не дал блокировать сооружение, но своим огнем помог подошедшему резерву стрелковых подразделений выбить противника с высоты «Безымянная» и восстановить прежнее положение.

С 10 июня 1942 года по 10 июня 1944 года гарнизон ДЗОТ «Авангард» под командованием лейтенанта Четвертакова (293-ий ОПАБ) также вел непрерывные бои с противником. Этот ДЗОТ был расположен юго-западнее высоты Мертуть за противотанковым эскарпом, выдаваясь как бы на вершине треугольника за линию нашей обороны. До траншей противника было 120-150 метров. Этот ДЗОТ был самой передней точкой батальона. Он постоянно находился под огнем противника. ДЗОТ имел два 76-мм орудия и две танковых башни с пулеметами. О том, что это сооружение беспокоило противника, и не напрасно было названо «Авангардом», свидетельствует тот факт, что обращенная в сторону противника 76-мм пушка разбивалась огнем противника и заменялась новой семь раз. Это происходило до тех пор, пока не было установлено новое 45-мм орудие ДОТ-4 с телескопическим прицелом, а вместо перископа с четырехкратным увеличением не была установлена стереотруба. Положение на этом участке обороны в корне изменилось, и ДЗОТ «Авангард» заслужил название «хозяин передовой», поскольку цель уничтожалась одним-двумя снарядами.

По всему фронту на Карельском перешейке от Ладожского озера да Финского залива шли бои местного значения. Порой попытки прорвать нашу оборону шли неделями непрерывных атак. Финны пытались любыми средствами прорвать где-нибудь оборону, захватить сооружения и позиции наших подразделений, но эти попытки были безуспешными и лишь приносили ощутимые потери противнику. Многие говорят, что Карельский укрепрайон почти не воевал, однако это утверждение не соответствует истине. Несмотря на непрерывный поиск, финны не смогли найти слабого места в обороне укрепрайона, и в декабре 1941 года сами перешли к обороне, выжидая обстановку, более удобную для наступления. Однако такая обстановка так и не сложилась.

8 сентября 1941 года началась блокада Ленинграда. Финны видели, что группа немецко-фашистских войск «Север», добившаяся блокирования города с юга, к концу сентября потеряла 70 % живой силы и техники. Соотношение сил и средств сторон к этому времени стало равным. Наступательные силы противника иссякли.

С 20 ноября 1941 года Военный совет Ленинградского фронта установил хлебную норму: первой линии войск по 300 граммов хлеба и 100 граммов сухарей в день на человека, остальным войскам – по 150 граммов хлеба и 75 граммов сухарей.

Надвигавшийся голод блокады являлся не меньшим врагом, чем тот, который зарылся вблизи рубежа укрепленного района. Резко ухудшился приварок. Прекратился отпуск горючего для автотранспорта. Не хватало теплой одежды. Даже с такой нормой хлеба были частые перебои. В трудных условиях блокады организация питания личного состава была одной из важнейших задач. Изыскивались все возможности для ее улучшения. Поздней осенью во всех частях производилась заготовка неубранных на полях овощей и картофеля. Ввиду недостатка фуража для конского состава часть его забивалась на плановое довольствие. Организовывалась ловля рыбы в озерах. По инициативе автотранспорта часть машин была переведена на газогенераторное горючее, и для этого было организовано массовое производство березовых чурок.

Для усиления обороноспособности страны бойцы и офицеры вносили в фонд обороны свои личные сбережения. Например, за два года войны личный состав 63-го ОПАБ внес в фонд 521 624 рубля, а детям, находившимся в освобожденных от оккупации районах, отправил 13 987 рублей наличными деньгами. Не отставали и другие ОПАБ укрепрайона.

Большую работу о здоровье личного состава проявляли медики. Они организовывали изготовление хвойного настоя, выявляли ослабленных от недоедания и недосыпания бойцов и организовывали для них кратковременный отдых в тылу частей.

Советский народ и Коммунистическая партия не оставили блокадный Ленинград и его защитников. Поток грузов с продовольствием и боеприпасами со всех концов страны потек к Ладоге – «Дороге жизни».

«Дорога жизни», проложенная в ноябре 1941 года по Ладожскому озеру, открыла зеленую улицу этим грузам с Большой земли. Хотя она и не могла обеспечить нужд города и фронта, она все же сыграла большую роль в поддержке боеспособности блокадной армии.

В январе 1942 года от частей УР был организован санный обоз в составе 20 повозок под командованием старшего лейтенанта В. Т. Белоногова. Этот обоз в тяжелых зимних условиях, без дорог, доставил по льду Ладожского озера продукты, фураж и боеприпасы от Борисовой Гривы, где находились фронтовые базы, до Волоярви, а оттуда – в части укрепрайона.

А укрепрайон продолжал совершенствоваться и вести активную оборону рубежа. В этот период обороны Ленинграда огромную работу проводили саперные подразделения, минируя нейтральную зону и передний край обороны. Саперы устанавливали противотанковые мины, малозаметные препятствия, проволочные заграждения и ежи, на танкоопасных направлениях – надолбы, обеспечивая непроходимость линии обороны и защищая сооружения укрепрайона от противника.

Совершенствовалось управление огнем и его система. Особое внимание обращалось на ведение огня в условиях плохой видимости и ночью. Для всех сооружений были разработаны огневые планшеты, что дало возможность ночью и при плохой видимости устанавливать прицелы на пулеметы и пушки, вести прицельный огонь по закрытым целям (по квадрату один на один метр) всеми огневыми средствами, в чей сектор попадал этот квадрат. Это значительно облегчило ведение боя и создало более эффективное управление огнем, особенно в ночное время. Разработка документации велась под руководством командира 283-го ОПАБ капитана А. И. Широкова (ОПАБ к этому времени вернулся из-под Колпино). Эффективность применения боевых планшетов проверялась командующим Ленинградским фронтом лично. После этого капитан А. И. Широков был награжден орденом «Красного Знамени», а все остальные 29 участников разработки планшетов также были награждены орденами и медалями.

В январе 1942 года было построено еще 103 пулеметных ДЗОТов, 15 артиллерийских ДОТов, 11 пулеметных и артиллерийских БОТов.

К августу 1941 года КаУР состоял из 8 ОПАБ с численностью личного состава 5634 человека и имел 541 станковый пулемет, 260 ручных пулеметов, 25 орудий, главным образом 76-мм, 3200 винтовок.

В мае 1942 года из-под Колпино вернулся 283-ий ОПАБ. В августе-ноябре 1942 года и несколько позже было закончено формирование дополнительных 112-го, 133-го и 522-го ОПАБ.

К 25 октября 1942 года 22-ой укрепрайон имел в своем составе 13 ОПАБ (112-ый, 246-ой, 113-ый, 4-ый, 1-ый, 63-ий, 126-ой, 154-ый, 293-ий, 106-ой, 522-ой, 283-ий, 133-ий ОПАБ), а также 147-ой отдельный батальон связи, 125-ый отдельный саперный батальон, автороту и электроподразделение. Общая численность личного состава укрепрайона насчитывала 11 364 человека: офицерского – 1344 человека, сержантского – 2279 человек, рядового – 7741 человек. На вооружении укрепрайона было 2 152-мм орудия, 156 76-мм орудий, 84 45-мм орудия, 120 минометов, 704 станковых пулемета, 350 ручных пулемета, 141 противотанковое ружье.

Располагались ОПАБ в следующем порядке: побережье Ладожского озера от Краськово до Никуляс – 112-ый ОПАБ, район Никуляс – 246-ой ОПАБ, Соэло – Катума – 113-ый ОПАБ, Перемяки – 1-ый ОПАБ, Ненюмяки – 4-ый ОПАБ, Лембалово – 63-ый ОПАБ, Охта – Елизаветинка – 126-ой ОПАБ, Медный Завод – 154-ый ОПАБ, Мертуть – 293-ий ОПАБ, Каменка – 522-ой ОПАБ, Сестрорецк – 106 ОПАБ, Сестрорецк – 283-ий ОПАБ, побережье Финского залива от Сестрорецка до Лисьего Носа – 133-ий ОПАБ.

Все это позволило иметь на рубеже Карельского перешейка протяженностью более 100 километров всего 3 стрелковые дивизии 23-ей армии – 142-ую, 92-ую и 123-ю. Полоса обороны дивизий составляла от 25 до 40 километров.

Кроме основной линии обороны перед Ленинградом были созданы еще три линии в глубину обороны Карельского перешейка, которые имели 213 огневых сооружений. Эти линии обороны проходили из района Краськово через Матоксу, Лехтуси, Нижние Осельки, Агалатово до Лисьего Носа и от Нижних Осельков через Токсово, Рахья до района реки Невы, южнее Шлиссельбурга. Последняя, третья линия обороны проходила по окраине Ленинграда и Ленинграду.

23 октября 1942 года приказом командующего Ленинградским фронтом для удобства управления были созданы 2 управления – 22-го и 17-го укрепрайонов.

К 1943 году в состав Карельского укрепрайона входили:

Комендант 22-го укрепрайона В. А. Котик

22-ой укрепрайон

В границах: Финский залив – Лембаловское озеро.



Комендант – полковник Котик Валерий Александрович.

С апреля 1943 года комендантом 22-го УР был назначен бывший начальник штаба 14-го укрепрайона (район Колпино) полковник Мещеряков Василий Ефимович.

Начальник политуправления – полковник Лобанов Василий Васильевич.

Начальник штаба – полковник Ивановский.

Штаб 22-го укрепрайона находился в поселке Черная Речка.



В состав 22-го укрепрайона вошли следующие ОПАБ:

Комбат 133-го ОПАБ Н. М. Фролов

133-ий ОПАБ (Сестрорецк – Лисий Нос)






Комбат – майор Фролов Николай Михайлович.

Начальник штаба – капитан Анисимов Александр Андреевич.

Заместитель по политической части – капитан Тихомиров Михаил Павлович.








Комбат 283-го ОПАБ А. Н. Широков

283-ий ОПАБ (Сестрорецк)





Комбат – майор Широков Алексей Николаевич.

Начальник штаба – майор Чайкин Алексей Алексеевич.

Замполит – капитан Пащенко Александр Григорьевич.









Комбат 106-го ОПАБ И. И. Подкопаев

106-ой ОПАБ (Сестрорецк)





Комбат – майор Подкопаев Иван Иванович.

Начальник штаба – майор Чижов Василий Николаевич.

Замполит – майор Демидов Александр Александрович.







Комбат 522-го ОПАБ Г. Г. Никоненок

522-ой ОПАБ (Каменка)





Комбат – майор Никоненок Гавриил Георгиевич.

Начальник штаба – капитан Лебедев.

Замполит – Богданов Николай Панфилович.







Комбат 293-го ОПАБ Н. М. Гребенщиков

293-ий ОПАБ (Мертуть)





Комбат – майор Гребенщиков Николай Михайлович.

Начальник штаба – майор Лихолет Михаил Николаевич.

Замполит – майор Задворнов Василий Алексеевич.







Комбат 154-го ОПАБ П. А. Косарев

154-ый ОПАБ (Медный Завод)





Комбат – майор Косарев Павел Андреевич.

Начальник штаба – капитан Клинов Николай Михайлович.

Замполит – майор Торопов А. В.







Комбат 126-го ОПАБ И. М. Ноздратенко

126-ой ОПАБ (Охта – Елизаветинка)





Комбат – капитан Ноздратенко Иван Михайлович.

Начальник штаба – старший лейтенант Петроченко Иван Захарович.

Замполит – майор Боков Георгий Дмитриевич.







Комбат 63-го ОПАБ В. Н. Юферицин

63-ий ОПАБ (Лембалово)





Комбат – майор Юферицин Василий Николаевич.

Начальник штаба – капитан Навроцкий Николай Константинович.

Замполит – капитан Розеноер Виктор Александрович.







125-ый отдельный саперный батальон

Комбат – подполковник Козлов Георгий Федорович.

Начальник штаба – капитан Бальташ.

Замполит – капитан Соловьев Алексей Семенович.

Отдельный батальон связи

Две электротехнические роты


Комендант 17-го укрепрайона Г. Н. Масловский

17-ый укрепрайон

В границах: Лембаловское озеро – Ладожское озеро.

Комендант – полковник Шалев Александр Васильевич.

С апреля 1943 года в целях использования боевого опыта УР в наступлении комендантом 17-го УР назначен бывший комендант 79-го укрепрайона полковник Масловский Георгий Николаевич.

Начальник политуправления – полковник Гавриленко.

Начальник штаба – полковник Декабрский.

Штаб 17-го укрепрайона находился в поселке Матокса.




В состав 17-го укрепрайона вошли следующие ОПАБ:

Комбат 4-го ОПАБ Ш. Ф. Хасанов

4-ый ОПАБ (Ненюмяки)





Комбат – майор Хасанов Шариф Фархутдинович.

Начальник штаба – капитан Семенов В. В.

Замполит– майор Белютин Н. М.







Комбат 1-го ОПАБ А. Ф. Герасимов

1-ый ОПАБ (Перемяки)





Комбат – майор Герасимов Алексей Фотеевич.

Начальник штаба – майор Садовский.

Замполит – майор Дементьев.







Комбат 113-го ОПАБ А. Н. Митеничев

113-ый ОПАБ (Соэло – Катума)





Комбат – майор Митеничев Александр Николаевич.

Начальник штаба – капитан Дерипас Андрей Федорович.

Замполит – майор Попков Николай Никитич.







Комбат 246-го ОПАБ С. М. Сахартов

246-ой ОПАБ (Никулясы)





Комбат – майор Сахартов Семен Маркович.

Начальник штаба – капитан Киргизов Николай Павлович.

Замполит– капитан Кузнецов Михаил Иванович.








Комбат 112-го ОПАБ П. И. Смирнов

112-ый ОПАБ (Краськово – Никулясы)





Комбат – майор Смирнов Павел Иванович.

Начальник штаба – капитан Слободский.

Замполит – капитан Иванов М. М.







Отдельный батальон связи и отдельная саперная рота


Полевое заполнение

22-ой укрепрайон: 123-я стрелковая дивизия (Финский залив – Меднозаводское озеро), 92-ая стрелковая дивизия (Меднозаводское озеро – Лембаловское озеро).

17-ый укрепрайон: 142-ая стрелковая дивизия (Лембаловское озеро – Ладожское озеро).

О важной роли, которую сыграл во время Отечественной войны рубеж укрепрайона на Карельском перешейке, говорят следующие факты:

1.  10 сентября 1941 года, в самое критическое для Ленинграда время, командующий Ленинградским фронтом член Ставки Верховного Главнокомандования генерал армии Г. К. Жуков снял большую часть полевых войск, а также 4-ый, 126-ой и 283-ий ОПАБ с Карельского перешейка для обороны более уязвимых рубежей южнее Ленинграда. Попытки финской армии прорвать оборону не имели успеха.

2.  Высказывания самих врагов. Зимой 1942 года во время боевых операций по захвату высоты 73,3 в районе Лембалово нашими подразделениями, в траншее противника был взят в плен капитан финской армии. У пленного была изъята топографическая карта с нанесенными на нее боевыми сооружениями нашего укрепрайона. На допросе он заявил: «Мы давно готовились к войне с вами и с помощью разведки еще задолго до войны имели полные сведения о вашем укрепрайоне, но, несмотря на это, мы отказались от его прорыва, понимая, что это потребует очень больших жертв».

3.  В своих воспоминаниях генерал-майор Б. В. Бычевский пишет: «Не следует также забывать, что в первых числах сентября 1941 г. Финские войска были окончательно остановлены именно на линии старого укрепленного района; им пришлось зарываться в землю уже под огнем орудий и пулеметов, установленных в железобетонных сооружениях укрепленного района».

4.  В книге «Оборона Ленинграда 1941-1944 гг.» бывший командующий Ленинградским фронтом М. М. Попов так оценивает роль Карельского укрепрайона: «Принятыми мерами перед войной и в ее начале мы резко повысили боеготовность этого УРа. Именно перед его передним краем впоследствии остановилась лавина финских войск, катившихся к Ленинграду. После некоторых попыток прорвать оборону УРа финны отказались от них и стали спешно закапываться в землю. Здесь они и сидели в бездействии до 10 июня 1944 г.».

Железное кольцо блокады, голод и лишения не сломили волю бойцов. Гнев к захватчикам стихийно породил массовое истребительное движение. Вначале оно возникло в тех частях, где боевые порядки совпали с общей линией обороны переднего края Карельского перешейка.

В октябре 1941 года утром вблизи ДОТа «07» группа финнов проводила работу по установке рогаток на своем переднем крае. Пулеметный огонь из ДОТа вести было нельзя, так как этот участок не простреливался. Связи комендант ДОТа не имел – вызвать огонь на работающих финнов он не мог. С разрешения коменданта сооружения сержанты Колосов и Смирнов выдвинулись с ручным пулеметом в траншею. Двое финнов были убиты, остальные разбежались. Противник открыл огонь по позициям ручного пулемета, но сержанты укрылись в сооружении.

13 января 1942 года открыл свой счет мести ефрейтор Харьков, ставший вскоре знатным снайпером Ленинградского фронта. Младший сержант Фоминский, один из лучших истребителей части, к годовщине Красной Армии 1942 года уничтожил 15 белофиннов. Фоминский – алтайский охотник, с детства сдружился с оружием. Однажды во время выхода на огневой рубеж зимой 1942 года он был ранен, но не оставил поля боя и уничтожил еще двух солдат противника. Правительство высоко оценило подвиги истребителей. Сержант Ларионов, уничтоживший 122 белофинна, награжден медалью «За отвагу», старшина Бородунов – орденом Красной Звезды, лейтенант Навроцкий – медалью «За отвагу», старший лейтенант Стрикозов – орденом Красной Звезды.

С января 1942 года в течение четырех месяцев выходили на передний край в район Коросари истребители 113-го ОПАБ под руководством сапера истребителя лейтенанта Артемьева. После того, как Артемьев был убит, истребителями командовал старший лейтенант А. Ф. Дерипас. За эти четыре месяца было уничтожено 42 финских солдата и 2 лошади.

В истребительном движении активно участвовали девушки. Первой открыла счет санинструктор комсомолка Тамара Чернакова из гарнизона ДОТа «Совет». Ее примеру последовали бойцы женского гарнизона ДОТа «Воля» Васильева, Мазова, Орлова, Кинс и другие. В единоборстве с врагом погибли сержант Шостка, лейтенант Сазонтов, красноармеец Смирнов, санинструктор Тамара Чернакова. В честь подвига истребителей красноармейца Смирнова и санинструктора Тамары Чернаковой боевые сооружения, в которых они служили, названы их именами. Одна из улиц поселка Черная Речка названа именем Тамары Чернаковой.

Командование 154-го ОПАБ с бойцами-женщинами 8 марта 1942 года

В центре слева направо – начальник штаба 154-го ОПАБ Беляцкий, комбат Косарев и
замполит Торопов вместе с бойцами-женщинами 8 марта 1942 года.

С начала блокады около 2000 женщин из пригородов Ленинграда прибыли в укрепрайон для пополнения существующих и вновь формируемых частей. В основном женщины занимали тыловые должности. Они были врачами, фельдшерами, санинструкторами, кладовщицами, поварихами, писарями в штабах и интендантствах, связистками, радистками, телеграфистками. Но женщины были и в боевых сооружениях. Более 10% пулеметных ДОТов занимали женские гарнизоны, и они не уступали по всем разделам службы мужским.

Вот, например, что написала в рукописном альбоме, созданном комсомольцами, заместитель коменданта ДОТа «Воля», расположенного на ответственном выборгском направлении, старший сержант Орлова: «Наш гарнизон «Воля» сформировался 17 сентября 1942 года из девушек-добровольцев г. Ленинграда. В его состав входили: Кинс З. П., Лобан В. Д., Соколова Л. И., Козлова Л. А., Бугрова Н. Д., Яковлева Н. С., Константинова В., Глебова В. В., Слободская Р. М. и Ерощина Л. М. Под руководством командира роты Навродского, а позднее Оносова, коменданта сооружения Назарова, девушки занялись изучением уставов. В короткий срок овладели техникой. Мы, горя желанием мстить врагу, выходим на передний край обороны, не щадя своей жизни выслеживаем оккупантов и уничтожаем их. Все девушки гарнизона открыли счет мести, и гарнизон стал истребительным, наш участок для врага непроходимый».

Большую активность в истребительном движении проявлял взвод лейтенанта Екимова. Он организовал 130 засад и за три месяца истребил несколько десятков солдат противника.

В октябре 1943 года, в 15-ю годовщину создания укрепрайона, за стойкую защиту Ленинграда Ленинградский Городской Совет депутатов трудящихся наградил укрепрайон Красным Знаменем Исполкома Горсовета. Вручала знамя непосредственно в боевых порядках укрепрайона комиссия Горисполкома под председательством секретаря Горкома товарища Капустина. Усилился прилив в партию. Уходя на задание, воины подавали заявления о вступлении в партию.

Предчувствуя близкую расплату, финны лихорадочно строили свою оборону. 27 января 1944 года величественный салют из 324 орудий известил об освобождении Ленинграда от 900 дней блокады. Зарницы артиллерийских залпов и разноцветных ракет взлетали вверх, далеко вокруг озаряя горизонт. Но на Карельском перешейке, построив мощные укрепления и глубоко зарывшись в землю, еще находился враг – белофинская армия, и угроза городу на этом участке еще оставалась. Каждый командир и боец чувствовал, что наступает и его черед рассчитаться с оккупантами. Нужно было отвыкнуть от привычек, выработанных в течение длительной обороны. Бойцы учились наступать, переползать по-пластунски, резать проволоку, штурмовать ДОТы и ДЗОТы, быстро зарываться в землю, метать гранаты по танкам. Артиллеристы учились перекатывать орудия на руках в условиях бездорожья, не отставая от пулеметчиков, прокладывать огнем им дорогу. Настойчиво и напряженно готовились к операции и штабы частей укрепрайона.

В течение блокады противник усиленно проводил восстановление своих ДОТов на линии Маннергейма, а также строил новые мощные оборонительные сооружения и опорные пункты. Он создал линию противотанковых гранитных надолбов длиной 106 километров через весь Карельский перешеек, особенно интенсивную на выборгском направлении. Используя благоприятные природные условия, противник перерезал перешеек тремя укрепленными полосами, на выборгском направлении глубиной почти 100 километров.

Первая оборонительная полоса проходила по переднему краю обороны. Сильные опорные узлы и пункты прикрывали важные направления, такие как железнодорожная магистраль Ленинград – Выборг, Приморское шоссе, район Старого Белоострова.

Вторая главная оборонительная полоса проходила в 20-30 км от первой. Она начиналась в районе Ваммелсуу (Серово), Метсякюля (Молодежное) у побережья Финского залива и шла на восток через Сахакюля (Мухино), Кутерселькя (Лебяжье), Кивеннапа (Первомайское), южнее Рауту (Сосново) до Вуоксинской водной системы, заканчиваясь в районе Тайпале (Соловьево). Ее строительство закончилось к лету 1944 года. Этот мощный рубеж обороны состоял из 926 ДОТов и убежищ, покрытых сетью гранитных надолбов и противопехотных препятствий. Он был рассчитан на длительное сопротивление.

Третья полоса проходила в 30-40 км южнее и юго-восточнее Выборга через район Купарсаари (Ждиновский), а далее по Вуоксинской водной системе до селения Тайпале на Ладожском озере. В обороне искусно использовались природные условия и водная система.

В 1939-1940 годах на прорыв обороны Маннергейма и взятие Выборга советским войскам потребовалось три с половиной месяца. К 1944 году финское командование создало на Карельском перешейке значительно более мощную, чем в 1939 году, глубоко эшелонированную систему укреплений.

Удар по финской армии мог вывести ее из войны и лишить фашистскую Германию союзника. С тревогой следили в правительственных кругах Финляндии за тем, как под ударами советских войск немецко-фашистские войска непрерывно откатывались на запад. Крупные поражения группы армий «Север» под Ленинградом привели к усилению внутриполитической напряженности в Финляндии.

В середине февраля 1944 года уполномоченный финского правительства Ю. К. Паасикиви сообщил через советское посольство в Швеции о желании Финляндии выяснить у правительства СССР условия, на которых она могла бы выйти из войны.

Советское правительство изложило свои предварительные условия перемирия 19 февраля 1944 года: Финляндия должна разорвать отношения с Германией, интернировать или изгнать находящиеся на ее территории немецко-фашистские войска, восстановить советско-финский договор 1940 года, немедленно возвратить советских военнопленных, а также гражданских лиц, находящихся в лагерях.

Однако 16 апреля 1944 года руководство финского государства отклонило их. Во главе государства стояли Р. Рюти, Э. Линкомиес и В. Таннер – после войны все они были осуждены как военные преступники. Они решили удержать оккупированную территорию и не согласились на ликвидацию вассальной зависимости Финляндии от фашистской Германии.

Задача советских войск по разгрому финской армии представлялась нелегкой – было необходимо в кратчайший срок с наименьшими потерями прорвать «Карельский вал». К выполнению этой задачи и приступил Ленинградский фронт.

К этому времени боевая мощь Карельского укрепрайона значительно возросла. К 1944 году было возведено еще 462 ДЗОТа и 383 БОТа, установлено 2 км надолбов, построено 47,1 км минных полей. Значительно усилилась противотанковая оборона за счет новых средств борьбы с танками. Также было отрыто 52 км противотанковых рвов, 106 км траншей и ходов сообщения, установлено 121,8 км проволочных заграждений и 60 км электропрепятствий. Увеличилась плотность огня сооружений. В начале войны его плотность составляла 1,65 пуль в минуту на погонный метр, а к 1944 году она стала 4, 4 пули, а на важных направлениях – до 8 пуль, и это – без учета полевого заполнения.

ОПАБ были готовы перейти на штабы полевых отдельных пулеметно-артиллерийских батальонов – для перехода в частях были подготовлены списки личного состава и вооружения. На артиллерийских складах укрепрайонов вместо пулеметов, находящихся в амбразурах ДОТов, были созданы запасы станковых пулеметов, а также минометов.

Комбат 113-го ОПАБ А. Н. Митеничев на занятиях с комсоставом. 1943 год

Комбат 113-го ОПАБ майор Митеничев проводит занятия с комсоставом
по боевой и политической подготовке. 1943 год.

До Великой Отечественной войны и в ее начале структура штабов пульбатов укрепленного района зависела от количества ДОТов в узле обороны и, соответственно, количества амбразур. Поэтому численность личного состава и вооружения в штабах батальонов различалась. Большие промежутки между батальонными узлами обороны рассчитывалось занимать полевым заполнением.

Боевой опыт Красногвардейского и Слуцко-Колпинского УР показал нецелесообразность такой организации штабов пульбатов. Это подтвердили и сентябрьские бои 1941 года в Карельском укрепрайоне, особенно на направлениях, где шли напряженные бои – лембаловском, елизаветинском и белоостровском.

В штабы ОПАБ ввели 45-мм противотанковые пушки. Путем формирования новых ОПАБ фронт каждого ОПАБ сокращался до 4,5-6,5 километров, в зависимости от важности направления. Оборона укрепрайона становилась сплошной – ОПАБ примыкали друг к другу. Батальонные узлы ДОТов были поделены между ОПАБ, штабы приведены к единому знаменателю. В результате создания сплошного фронта ОПАБ на рубеже укрепрайона отпала необходимость иметь полевое заполнение между ОПАБ. Полевые войска получили возможность создать более мощные резервы для проведения контратак на случай нападения противника на том или ином направлении.

Положительный опыт использования ОПАБ 16-го УР в наступательных боях января 1943 года при прорыве блокады Ленинграда, перевод на полевые штабы 14-го и 79-го укрепрайонов, показал целесообразность организации ОПАБ полевого типа. Для этого в каждый ОПАБ были введены 82-мм минометы и противотанковые ружья. ОПАБ в среднем имел 640 человек личного состава, 16 76-мм пушек, 8 45-мм пушек, 12 82-мм минометов, 28 противотанковых ружей, 36 станковых пулеметов, 16 ручных пулеметов. Вооружение осваивалось личным составом гарнизонов на основе взаимозаменяемости.

Все это дало возможность значительно укрепить рубеж обороны Карельского укрепрайона, а кроме того, подготовить артпульбаты к участию в Выборгской операции.

ВЫБОРГСКАЯ ОПЕРАЦИЯ И УЧАСТИЕ В НЕЙ УКРЕПРАЙОНА

Перед началом Выборгской операции советским войскам на Карельском перешейке противостояли 3-ий и 4-ый финские корпуса, объединенные 15 июля 1941 года в группу «Карельский перешеек», а также соединения и части, подчинявшиеся непосредственно ее верховному командованию. Ставка верховного командования во главе с маршалом К. Г. Маннергеймом находилась в городе Миккели в 140 километрах северо-западнее Выборга.

К началу боевых операций соотношение сил войск Ленинградского фронта и финской армии характеризовалось превосходством советской стороны: по пехоте – в 2 раза, артиллерии – в шесть, танкам – в семь, авиации – в пять раз.

Всего на Карельском перешейке сосредоточились советские войска численностью 260 тысяч человек, около 7,5 тысяч орудий и около 630 танков, причем 60-80% наших войск готовились к действиям на выборгском направлении. Наступление должно было осуществляться в тесном взаимодействии с Краснознаменным Балтийским Флотом и Ладожской флотилией. Главная задача по прорыву обороны противника возлагалась на 21-ую армию, прибывшую на Ленинградский фронт в мае 1944 года из резерва Ставки Верховного Главнокомандования. Вторично сформированная в июле 1943 года, она вела бои летом и осенью того же года и отличилась при взятии Ельни и Смоленска. (Впервые сформированная 21-ая армия вела бои на окружение немецких войск под Сталинградом). Пополненная резервами Ленинградского фронта, она представляла внушительную силу, в ее составе находились три стрелковых корпуса (30-ый, 97-ой и 109-ый), а кроме того, в ее оперативном подчинении были части 22-го укрепрайона, артиллерийский корпус прорыва и другие соединения. Армия была усилена командно-политическим составом. Командующим 21-ой армией был назначен генерал-лейтенант Д. Н. Гусев, возглавлявший до этого штаб Ленинградского фронта. Членами Военного Совета были генерал-майор В. П. Мжаванадзе, полковник Е. Е. Мальцев, начальник штаба – генерал-майор В. И. Петухов, (с 18 июня 1944 года начальник штаба – генерал-майор Г. К. Буховец), начальник политотдела – полковник А. А. Быстров, командующий артиллерией – генерал-лейтенант М. С. Михалкин, командир бронетанковых и механизированных войск – полковник И. Б. Шпиллер, начальник инженерных войск – полковник А. Т. Громцев.

На правом фланге 21-ой армии должна была вести бои 23-я армия. Командующим 23-ей армией был генерал-лейтенант А. И. Черепанов (с 3 июля 1944 года – генерал-майор В. И. Швецов), членами Военного Совета – генерал-майор Ф. А. Шаманин, генерал-майор В. М. Ханжин, начальник штаба – генерал-майор Д. М. Большаков, начальник политотдела – полковник Ф. П. Степченко, командир артиллерии – генерал-майор И. М. Пядусов, командующий бронетанковыми и механизированными войсками – полковник З. Г. Пайкин, начальник инженерных войск – полковник Ф. М. Кияшко.

23-я армия, занимавшая оборону на Карельском перешейке от Ладожского озера до Финского залива, не получила самостоятельного участка для прорыва. Перед ней ставилась задача, используя успехи 21-ой армии, расширить прорыв в направлении северо-восточной части перешейка, выйти к Вуоксинской водной системе и двигаться в сторону Кексгольма. Все это давало возможность избежать лишних потерь. Армия имела в своем составе два стрелковых корпуса: 115-ый – для действия в первом эшелоне и 98-ой – для второго эшелона. Боевые действия на Карельском перешейке должна была поддерживать 13-ая воздушная армия генерал-лейтенанта С. Д. Рыбальченко. Для усиления ВВС фронта на период наступления Ставка Верховного Главнокомандования передала из своего резерва 334-ую бомбардировочную дивизию генерал-полковника И. П. Скока и 113-ую бомбардировочную авиадивизию генерал-майора М. В. Щербакова. Усиленная за счет Ставки 13-ая воздушная армия, могла использовать 770 самолетов, в том числе 260 бомбардировщиков, 200 штурмовиков и 270 истребителей. Действиями военно-воздушных сил в ходе операции руководил представитель Ставки главный маршал авиации А. А. Новиков.

Более месяца шла подготовка 21-ой и 23-ей армий в районе Стрельны, Гостилиц, Ропши и Красного Села, а также севернее Ленинграда в расположении 23-ей армии, где размещались и части 21-ой армии.

109-ый стрелковый корпус, несмотря на начавшиеся белые ночи, был скрытно от противника перевезен из района Ораниенбаума в окрестности Лисьего Носа на судах Краснознаменного Балтийского Флота. 97-ой стрелковый корпус был переброшен по железной дороге, а также путем передвижения мелких подразделений с 6 мая по 7 июня по разным направлениям через Ленинград в часы наибольшего оживления на улицах. В то же время в течение 15 дней на Карельский перешеек из резерва Ставки с псковского и нарвского направлений в Левашово и Токсово шли сто эшелонов с личным составом, орудиями и минометами. После этого началась смена войск 23-ей армии войсками 21-ой армии на главном направлении и выдвижение артиллерийских орудий для стрельбы прямой наводкой.

Финский генерал К. Л. Эш впоследствии писал, что в Финляндии не ожидали подобного сюрприза от Ленинградского фронта по скрытности и сосредоточению войск. Фронтовые газеты Ленфронта в это время писали, что войска готовятся к удару в Эстонии. Эта маскировка и большая агитационно-политическая работа дали возможность скрытно подготовить наступление на Карельском перешейке. К Выборгской операции привлекали и части укрепрайона. В целях маскировки подготовительных операций на части укрепрайона возлагалась задача инженерной подготовки плацдарма в местах намеченного прорыва. Планом предусматривалось оборудование исходных траншей, ходов сообщения, огневых позиций, укрытий, а также маскировочные и дорожные работы. Для того чтобы дезориентировать противника, одновременно в других местах велись работы по строительству ложных сооружений и траншей.

Для выполнения этой задачи ежедневно из частей УР выделялось до 1200 солдат и офицеров. Финны все время своим огнем мешали выполнять работу, поэтому на опасных участках работа велась в темное время суток под прикрытием огневых средств.

В период с 1 по 9 июня 1944 года была отрыта и полностью оборудована сплошная траншея протяженностью 53 километра, построено 5 километров дорог и снято 12 600 противотанковых мин. Кроме того, были оборудованы позиции для орудий для стрельбы прямой наводкой, площадки для минометов, подвезены боеприпасы. Все эти приготовления тщательно маскировались. Группа саперов, выдвинувшись на передний край обороны, проложила дорогу для наших танков. В ночь на 10 июня на наблюдательный пункт сооружения «Измаил» для руководства операцией прибыли командующий Ленинградским фронтом генерал армии Л. А. Говоров и член Военного Совета генерал-лейтенант А. А. Жданов.

Утром 9 июня 1944 года эшелонированные удары нашей авиации по 10-ой и 2-ой финским пехотным дивизиям возвестили о начале периода предварительного разрушения обороны противника. В течение десяти часов 113-ая, 276-ая и 334-ая бомбардировочные авиадивизии, а также 277-ая и 281-ая штурмовые авиадивизии бомбили финские позиции, штабы и укрепрайоны в районах Светлого озера, Старого Белоострова и Раяйоки. 250 орудий крупного калибра вели огонь по ДОТам, ДЗОТам и укрепленным узлам обороны противника. В этой канонаде участвовали 219 орудий и 102 миномета частей 22-го и 17-го укрепрайонов.

За 9 июня летчики 13-ой воздушной армии сделали 1150 боевых вылетов. В шуме канонады выделялись 280-мм и 305-мм орудия тяжелой осадной артиллерии, переданные Ставкой, орудия Кронштадтской крепости, линкора «Октябрьская революция», крейсеров «Киров» и «Максим Горький».

Комендант 22-го укрепрайона В. А. Котик с политуправлением УР. 1944 год

Комендант 22-го УР полковник В. А. Котик (в центре) с политуправлением укрепрайона.
1944 год.

Это «был такой огненный ад, какого никогда не было в истории Финляндии» – вспоминает бывший командир 1-го пехотного полка 10-ой пехотной дивизии Т. Вильянен (впоследствии генерал-лейтенант, начальник генштаба финской армии).

Вечером началась разведка боем. Передовые батальоны дивизий первого эшелона под прикрытием мощного артиллерийского огня и поддержки танков поднялись в атаку и вклинились в оборону противника. В ходе разведки более точно определились огневые средства противника, появились дополнительные сведения о противостоящих частях. Финское командование приняло разведку за начало наступления наших войск и посчитало, что наступление удалось отразить. Финны в свою очередь решили провести разведку боем и начали подтягивать войска к линии фронта. А 21-ая армия уже была готова к наступлению. Ранним утром 10 июня 1944 года войска пошли в атаку. Два часа на небольшом отрезке главного удара велся ураганный огонь артиллерии и авиации, в воздухе стояли пыль и песок. Горизонт почернел, облака желтого дыма и гари поднимались на высоту 20-30 метров. Было жарко и душно. Батареи вели огонь по укреплениям противника, как с закрытых позиций, так и прямой наводкой. Так был разрушен железобетонный ДОТ «Миллионер», находившийся на расстоянии двухсот метров от передовых позиций советских войск. Его уничтожила 4-ая батарея 18-ой гвардейской гаубичной артиллерии. Из 140 снарядов в цель попало 96. О силе и точности артиллерийского огня свидетельствовало то, что на Карельском перешейке было разрушено 335 инженерных сооружений. А когда в атаку поднялись гвардейские части, 80 орудий и 115 станковых пулеметов частей укрепрайона обеспечили их продвижение, метким огнем подавляя огневые точки противника.

В течение дня первая линия обороны противника была сокрушена и 21-ая армия к концу дня вышла ко 2-ой линии обороны противника. 109-ый корпус генерал-лейтенанта И. П. Алферова ворвался в город Терийоки (Зеленогорск) и к концу дня освободил его. 30-ый гвардейский корпус, продолжая движение по Средневыборгскому шоссе, подходил к одному из самых мощных узлов обороны противника Кивеннапа (Первомайское).

На второй день наступления наших войск в бой вступила 23-ая армия. В брешь, пробитую 97-ым стрелковым корпусом, был введен 98-ой корпус. С этого дня 97-ой корпус был переподчинен 23-ей армии.

К исходу 11 июня были освобождены 80 населенных пунктов. Москва салютовала успехам фронта. 23-ая армия продвинулась на расстояние всего лишь от двух до шести километров. При поддержке Ладожской флотилии под командованием адмирала В. С. Черокова части 142-ой стрелковой дивизии вышли по берегу Ладожского озера к Вуоксинской водной системе, к реке Тайпален-йоки (Бурная). 112-ый ОПАБ 17-го УР закрепился на ее южном берегу.

На главном направлении 30-ый корпус выбил противника из населенного пункта Кивеннапа, а 109-ый корпус освободил станцию Райвола (Рощино) и поселок Тюрисевя (Ушково).

12 июня 1944 года директивой Ставки Верховного Главнокомандования предлагалось 18-20 июня освободить Выборг.

Командующий Ленинградским фронтом генерал армии Л. А. Говоров, находясь на КП главного направления, принял решение перенести вектор главного удара со Средневыборгского шоссе в полосу Приморского шоссе потому, что против 30-го корпуса противник сосредоточил большие силы и имел мощные укрепления в районе Кивеннапа, а таким маневром можно было избежать ненужных потерь в живой силе и технике и добиться больших успехов.

На приморский участок были переведены 108-ой стрелковый корпус генерал-лейтенанта Н. П. Тихонова и 110-ый корпус генерал-майора А. С. Грязнова. В ночь на 13 июня 1944 года шла скрытая перегруппировка советских войск. К концу дня 13 июня на приморском направлении была создана мощная артиллерийская группировка. Для обеспечения этого маневра, особенно артиллерийского корпуса, были использованы части 22-го укрепрайона. Штаб фронта приказал коменданту 22-го укрепрайона полковнику Котику перебросить 522-ой и 293-ий ОПАБ в район Кивеннапа (Первомайское), а 133-ий ОПАБ – в район Вехмайнен (Кривко). Батальоны были заранее переформированы на полевые штабы. ОПАБ была поставлена задача вести активные боевые действия с целью прикрытия перегруппировки войск, а также имитировать подготовку к прорыву финской обороны на этом участке, отвлекая на себя все внимание противника. Батальоны были подчинены командирам корпусов, действующим на этом направлении.

13 июня, в период перегруппировки войск 21-ой и 23-ей армий наша авиация наносила противнику бомбовые улары в районах Метсякюля (Молодежное), Кутерселькя (Лебяжье), Лийкола (район Цвелодубово) по узлам, опорным пунктам и коммуникациям, мешая противнику подтягивать к фронту свои резервы. В этот день части 13-ой воздушной армии произвели более 600 вылетов самолетов. В процессе быстрой перегруппировки соединения и части 21-ой и 23-ей армий продолжали активно вести огонь по противнику, а на отдельных участках решительно атаковать позиции. Именно в это время в районе Мустоловских высот совершил свой подвиг комсорг 2-ой роты 98-го стрелкового полка Д. К. Ушков, закрыв собой амбразуру ДЗОТа. Благодаря этому подвигу ключевой рубеж обороны противника был взят. Героя Советского Союза Д. К. Ушкова с почестями похоронили в Парголово.

14 июня с утра начался прорыв главного финского оборонительного рубежа.

Финские войска, несмотря на мощную авиационную и артиллерийскую подготовку, встретили части 109-го и 108-го стрелковых корпусов организованным огнем и сильными контратаками.

Самые напряженные бои разгорались за укрепленный узел Кутерселькя (Лебяжье), расположенный на господствующей высоте. Шесть часов подряд штурмовали высоту Кутерселькя 277-ая и 281-ая штурмовые авиадивизии полковников Ф. С. Хатминского и С. Е. Греськова. Шесть часов не вылезали из кабин самолетов. Никаких пауз, никакой передышки не давали летчики противнику. Одна волна Ил-2 сменяла другую. Не успевали приземляться самолеты, как их быстро заправляли горючим и вооружали бомбами и эресами. И уже к вечеру 133-ий и 187-ой стрелковые полки 72-ой сд генерал-майора И. И. Ястребова заняли Кутерселькя. Таким образом, за шесть дней наши войска преодолели две линии обороны противника. Многие бойцы и командиры укрепрайона проявляли мужество и отвагу, участвуя в операциях, поддерживали своим огнем стрелковые подразделения.

Командир 45-мм орудия старший сержант Мочалов получил задачу выдвинуться со своим расчетом в боевые порядки стрелкового подразделения. Под огнем противника он оборудовал огневую позицию, и по общему сигналу орудие открыло огонь по амбразурам финского ДОТа, не давая противнику возможности вести огонь по нашей пехоте. Во время боя старший сержант был ранен осколком в голову, но продолжал командовать орудием.

А еще раньше, в самом начале Выборгской операции, во время переправы нашей пехоты через реку Сестра, произошел такой эпизод. Орудие подавляло огневые точки противника. В это время с высоты «Песочная» финны открыли сильный пулеметный огонь, заставив гвардейские цепи залечь. Мочалов, оценив обстановку, перенес огонь по высоте, занятой противником. Вражеский пулемет замолчал. Путь гвардейцам был открыт. За находчивость и отвагу старший сержант Мочалов был награжден орденом Славы.

Никакие силы не могли удержать мощный порыв наших войск, вдохновленных идеей освобождения своей Родины.

В боях в районе Кивеннапа отличился УРовский семейный минометный расчет старшины М. Д. Кочешковой. Получив задачу, расчет быстро подготовил основную и запасную позиции, а также укрытие. По приказу командира взвода расчет открыл огонь по огневым точкам противника.

Мария Дмитриевна Кочешкова

Мария Дмитриевна Кочешкова.
1944 год.

Дмитрий Кочешков

Дмитрий Кочешков.
1944 год – 18 лет.
Сейчас – полковник в отставке,
проживает в Ленинграде.

Владимир Кочешков

Владимир Кочешков.
1944 год – 16 лет.
Сейчас – полковник в отставке,
проживает в Ленинграде.

Слаженно работали мать и сыновья. От стрельбы раскалялся ствол миномета, обгорела краска. Метким огнем было подавлено несколько огневых точек противника. Противник засек позицию минометчиков и обрушил на нее шквал огня, но расчет успел отойти на запасную позицию и продолжить стрельбу. Боевая задача была выполнена. В семейный минометный расчет кроме матери Марии Дмитриевны входили старший сын Дмитрий – заряжающий и младший сын Владимир – наводчик. За этот бой Мария Дмитриевна была награждена орденом Красной Звезды, а ее сыновья – медалями «За отвагу».

14 июня, штурмуя главный оборонительный рубеж противника, 108-ой корпус подошел к поселку Метсякюля (Молодежное), расположенному у пересечения дорог на Выборг, Койвисто (Приморск) и Райвола (Рощино). Район обороны противника в Метсякюля, расположенный на высоком берегу реки Ваммел-йоки (Черная речка, Рощинка) состоял из четырех опорных пунктов с круговым обстрелом. 46-ая и 90-ая сд форсировали Ваммел-йоки и штурмом взяли укрепления противника. Финские войска, боясь окружения в районе юго-западнее Ванхасаха (Сосновая Поляна), поспешно отступили.

15 июня 113-ый ОПАБ 17-го укрепрайона был переброшен в состав 109-го стрелкового корпуса, который прорвав оборону второго, главного рубежа противника, вел бои вдоль железнодорожной линии Ленинград – Выборг. Батальон использовался для перекрытия стыков стрелковых частей. Для руководства боевой деятельностью и материальным обеспечением батальонов укрепрайона из состава штаба 22-го укрепрайона была выделена оперативная группа во главе с начальником штаба 22-го укрепрайона В. Е. Мещеряковым, которая выехала в район Карвала (Воронцово). Позже войска 21-ой армии усилили темп наступления, и необходимость использования частей 22-го укрепрайона отпала. В составе 109-го стрелкового корпуса остались только 113-ый и 4-ый ОПАБ. В ночь на 16 июня начальник штаба фронта генерал-лейтенант М. М. Попов приказал командиру 17-го укрепрайона полковнику Г. Н. Масловскому установить связь с 293-им, 522-ым и 133-им ОПАБ 22-го УР, действующими среди передовых стрелковых частей, подчинить их себе и поступить в распоряжение командующего 23-ей армии генерал-лейтенанта А. И. Черепанову. Командующий 23-ей армией поставил перед 17-ым укрепрайоном задачу: по мере очищения от противника южного берега Вуоксинской водной системы 115-ым стрелковым корпусом генерал-майора С. Б. Козачека, закреплять частями укрепрайона участок от реки Тайпален-йоки (Бурная) до Яюряпя (Барышево). По мере освобождения южного берега в состав группы ОПАБ 17-го укрепрайона из 22-го укрепрайона прибыли 283-ий и 126-ой ОПАБ.

Быстрое продвижение фронта на выборгском направлении объясняется отнюдь не слабым сопротивлением противника, а силой натиска частей 21-ой армии. В течение 17 и 18 июня 108-ой, 109-ый и 110-ый стрелковые корпуса заняли большое количество населенных пунктов, в том числе Перк-ярви (Кирилловское), Уусикиркко (Поляны), Лойстола (Владимирово), Пихкала (Мамонтовка), Хумалйоки (Ермилово), Маркки (южнее Лейпясуо), Илякюля (Дятлово). Финские войска отчаянно сопротивлялись, пытаясь любыми средствами сдержать наступление 21-ой армии, а возможностей для этого среди лесов, болот, гранитных скал, рек и озер перешейка имелось немало. Однако советские воины настойчиво и бесстрашно шли вперед. Используя сильную поддержку артиллерии и авиации, укрываясь за валунами и деревьями, они блокировали и уничтожали опорные пункты врага.

17 июня командующий группой «Карельский перешеек» генерал Эш отдал распоряжение отвести войска на линию Выборг – Купарсаари – Тайпале, боясь окружения и уничтожения своих войск. Английская газета «Дейли мейл» писала в эти дни: «Теперь на Карельском перешейке русские прорвали стальную, бетонную линию, которая, как утверждали, принадлежала к числу самых сильных в мире».

Тогда же был объявлен Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении командующему Ленинградским фронтом Л. А. Говорову воинского звания Маршал Советского Союза, а члену Военного Совета Ленфронта А. А. Жданову и командующему 21-ой армией Д. Н. Гусеву присвоили звание генерал-полковника.

19 июня 1944 года командующий Ленфронтом издал приказ войскам 21-ой армии в течение следующего дня овладеть Выборгом. В тот же день Верховный Главнокомандующий финской армии маршал К. Г. Маннергейм выступил по радио с призывом к финским солдатам остановить русские войска. Начался штурм Выборга. 90-ая стрелковая дивизия генерал-майора Н. Г. Лященко ворвалась в Выборг и почти шесть часов вела бои, стараясь расчленить и уничтожить 20-ую финскую пехотную бригаду полковника А. А. Кемппи по частям. Батальон под командованием майора Д. А. Филичкина из состава 90-ой сд взял Выборгскую крепость 20 июня 1944 года. Вечером того же дня Выборг был полностью освобожден от противника.

21 и 23 июня 1944 года особенно ожесточенные бои велись в районах Таммисуо, Манниккала (Смирново), Тали (Пальцево), Репола. В них участвовали 97-ой и 109-ый стрелковые корпуса, сюда же командование направило 113-ый и 4-ый ОПАБ 17-го УР.

113-ый ОПАБ был направлен для прикрытия стыков частей 21-ой армии в район Репола – Тали, в местность между озерами Лейтимо-ярви (Малое Краснохолмское), Реполан-ярви (Смирновское) и Лююкюлян-ярви (Смирновское), восточнее Сайменского канала. У этой системы озер советские войска встретились с сильным сопротивлением противника. Опомнившись от удара под Выборгом, используя свои укрепления и свежие силы, противник оказал серьезный отпор в районах станции Тали (Пальцево), селений Лехтола, Нурма и Репола. Финны многократно штурмовали передний край наших войск, пытаясь отбросить их из занимаемого района.

В этом районе вели бой 133-ый стрелковый полк 109-го стрелкового корпуса под командованием майора П. Я. Колсухо и 113-ый ОПАБ 17-го УР. Перекресток дорог у станции Тали (Пальцево) обороняла 1-ая рота 113-го ОПАБ капитана А. А. Комарова. Из-за яростных боев этот перекресток солдаты и армейская печать называли «перекрестком смерти». В боях был ранен капитан А. А. Комаров, но он не оставил поля боя и продолжал командовать ротой. Тяжело был ранен командир пулеметного взвода лейтенант И. И. Бугло. Наши потери росли, но рубеж был удержан.

Бои за станцию Тали показали четкое взаимодействие, сплоченность и взаимовыручку воинов различных родов войск. Наступление советских войск на Карельском перешейке с целью заставить Финляндию выйти из войны продолжалось еще три недели. Вскоре 113-ый ОПАБ был направлен на новое место на смену подразделениям 381-ой дивизии генерал-майора А. В. Якушева для укрепления обороны района Хейнйоки (Вещево) – Ристисеппяля (Житково) – Пааккола (Барышевское) по водному рубежу озеро Колтавеси (Макаровское) – река Вуокси и островам на Вуокси Каупин-саари (Извилистый) и Муста-саари (Темный).

В районе Тали 113-ый ОПАБ был сменен 4-ым ОПАБ, с которым осталась рота Комарова. Вместо нее в 113-ый ОПАБ из 4-го ОПАБ была переведена рота капитана Брушневского.

В дальнейшем на участках к северу и западу от Выборга продвижение войск Ленинградского фронта было приостановлено. К исходу 6 июля 1944 года была в основном завершена операция по освобождению островов Финского залива. «Три-четыре дня, - вспоминал адмирал В. Ф. Трибуц, – мы очищали острова от мелких групп противника. Делать это быстрее мешали мины-ловушки. На 10 июля острова Выборгского залива полностью стали нашими. Поставленная командованием фронта задача была выполнена». Острова Выборгского залива заняли ОПАБ 9-го укрепрайона (комендант – полковник Казуненко), который в блокаду находился на западном берегу Ладожского озера южнее 17-го УР.

А к востоку от Выборга 22 июня 1944 года заняли рубеж по южному берегу Вуоксинской водной системы и начали укрепляться 112-ый, 522-ой, 293-ий, 133-ий, 283-ий и 126-ой батальоны 17-го укрепрайона. Для этой цели 17-му укрепрайону был придан электротехнический батальон 2-ой инженерной бригады. На новом рубеже перед 17-ым укрепрайоном была поставлена задача: совершенствовать оборону на 80-км участке от Ладожского озера до поселка Яюряпя (Барышево), не допуская активных действий противника, уничтожая его огнем всех средств.

Боевой порядок полевых ОПАБ на новом рубеже был построен взводными и ротными опорными пунктами. Протяженность фронта ротных опорных пунктов составляла 1,5-2,5 километра, батальонных – 8-15 километров. Все огневые средства были расположены на открытых площадках, возле которых были возведены укрытия для личного состава и вооружения. Большинство артиллерийских орудий было поставлено на прямую наводку для простреливания водного зеркала перед фронтом. Были оборудованы капитальные наблюдательные пункты командиров рот и батальонов. Для всего личного состава были построены землянки. Основой инженерного оборудования являлись траншеи. В течение полутора месяцев была отрыта сплошная траншея по переднему краю обороны с оборудованием площадок и укрытий. Всего было отрыто 110 километров траншей полного профиля. Кроме того, было установлено 82 километра проволочных заграждений, 26 километров электропрепятствий. Перед передним краем, по берегу, а также на стыках батальонов было поставлено 10 тысяч мин, изготовленных саперами из водопроводных труб.

Отступая за реку Вуокси, финское командование решило сохранить плацдарм на ее правом берегу северо-западнее Яюряпя (Барышево), выбрав для этого участок местности, примыкающий к берегу и состоящий из высокого гранитного массива, заросшего лесом. В расщелинах скал, за огромными валунами и под ними были оборудованы огневые точки, где занимали свои позиции пулеметчики и автоматчики. Такие позиции были малоуязвимы для навесного огня артиллерии, а подтянуть орудия прямой наводки и танки по такой пересеченной местности было очень трудно. Высокий берег позволял финнам безнаказанно совершать рейсы по реке и подвозить на плацдарм боеприпасы и солдат. 115-му стрелковому корпусу генерал-майора С. Б. Козачека, наступающему в этом направлении, была поставлена задача ликвидировать финский плацдарм, создать условия для форсирования реки Вуокси и захвата плацдарма на левом берегу. Для закрепления освобождаемого от противника участка был выделен 293-ий ОПАБ укрепленного района. Подразделения ОПАБ, двигаясь за атакующими подразделениями стрелковых частей, а при надобности помогая им, в ночь на 9 июля 1944 года выдвинулись в район берега Вуокси и заняли оборону. В последующие дни подразделения 293-го ОПАБ огнем из всех видов оружия оказали большую помощь стрелковым частям при форсировании реки и захвате плацдарма на финском берегу.

После захвата плацдарма туда был переброшен 293-ий ОПАБ. Под сильным огнем противника бойцы рыли траншеи, укрытия, оборудовали пулеметные площадки и позиции для орудий и минометов, одновременно отражая все попытки противника выбить наши части с захваченного плацдарма.

11 июля по указанию Ставки Верховного Главнокомандования войска на Карельском перешейке прекратили наступление и перешли к обороне. Многие стрелковые дивизии и технические части были переброшены на юг. 293-ий ОПАБ вернулся на правый берег реки Вуокси в общую линию обороны. Укрепленному району была поставлена задача совершенствовать оборону в инженерном отношении, не допускать активных действий противника, уничтожая его огнем всех средств.

Отходя за Вуоксинскую водную систему, финны оставили в лесах в районе Рауту (Сосново) группу матерых разведчиков-диверсантов, поставив им задачу наблюдать за движением воинских частей, техники и грузов по железной дороге Ленинград – Рауту. В тщательно замаскированных тайниках для диверсантов были созданы запасы продовольствия, боеприпасов, взрывчатки и запасных радиостанций для связи. Диверсанты прекрасно знали местность. В течение месяца подразделения пограничных войск НКВД безуспешно пытались их выловить. Опытные разведчики уходили от преследования. Загнанные в тупик неотступным преследованием, диверсанты получили разрешение уйти на свой берег. Для перехода они выбрали место на берегу в боевых порядках укрепрайона.

Теплая августовская ночь. Предательски клонит в сон. Тихо. Чуть колышется водная гладь Вуокси. В окопе возле пулеметов – наводчик, пожилой солдат Поликарпов и его помощник Ибрагимов. Тишина на фронте обманчива. В стороне справа на воде слышен всплеск. Что это? Рыба или человек? Бойцы чутко прислушиваются и всматриваются в темноту. Метрах в двухстах что-то движется, чуть видно мелькание весел – лодка с людьми. Длинная очередь резко нарушает ночную тишину. Немедленно вторит соседний пулемет. Сноп ракет освещает водную гладь. У резиновой лодки – крики тонущих людей. Высокой бдительностью бойцов Поликарпова и Ибрагимова ликвидирована группа опасных врагов.

Конец августа 1944 года. В течение двух ночей, в самое темное время, наблюдатели подразделений слышали шум самолета, пролетавшего над нашими боевыми порядками. Чей он опознать не удалось. Доложили по команде.

Спустя два дня возле берега Ладожского озера связисты Симкин и Федоров, обслуживавшие находящийся поблизости артиллерийский взвод, строили себе землянку. Оставив свои карабины в вырытом котловане, они подтаскивали спиленные поблизости бревна. Сбросив с плеч очередное бревно, присели закурить. В это время к ним подошел человек, одетый в форму танкиста советских войск. Он стал расспрашивать бойцов о дороге в Рауту (Сосново). Связисты, зная, что на этом участке нет наших танковых частей, сообразили, что это человек чужой. Симкин незаметно подтолкнул Федорова. Тот, как будто что-то вспомнив, зашагал к землянке за оружием. Диверсант, поняв, что он разоблачен, выхватил из кармана пистолет и, произведя несколько выстрелов, ранил обоих бойцов, а сам побежал в лес. Бойцы артиллерийского взвода, привлеченные стрельбой, бросились преследовать диверсанта. Артиллеристы загнали его в пустовавший хутор и перерезали ему пути отступления. Диверсант забежал в баню и захлопнул за собой дверь, пытаясь закрыться. Наводчик Илюхин, высокий сильный сибиряк, с силой рванул дверь и распахнул ее. Выстрелом в упор Илюхин был убит. Второй пулей диверсант покончил с собой.

Через три дня в боевых порядках одного из артпульбатов санитаром Коняшиным был задержан истощенный от голода и еле державшийся на ногах финский солдат, оказавшийся вторым диверсантом из выброшенной группы. На допросе он показал: «Нас троих, двух солдат и унтер-офицера, прошедших подготовку в диверсионной школе в Лаппенранта, сбросили на парашютах в районе болот восточнее Рауту. Был сброшен и груз взрывчатки. Нашей группе была поставлена задача подрывать мосты и пути, вывести из строя железную дорогу Ленинград – Рауту. Спуск на парашютах был неудачным. Мы разлетелись в разные стороны и не могли найти друг друга, а взрывчатка, видимо, потонула в болоте. Я пять дней ходил неподалеку от реки, пытаясь выйти на берег и перебраться к своим, но все время натыкался на ваших солдат».

Третий диверсант, унтер-офицер, неудачно приземлившийся в болоте, утонул. Так бдительность бойцов создала условия для ликвидации десанта диверсантов противника.

Победы советских войск на всех фронтах приводили врага в уныние. Это чувствовалось по всему. Сильно снижалась огневая активность, прекратились разведывательные действия.

В Финляндии в это время в обстановке политической напряженности под нажимом общественности президент Р. Рюти ушел в отставку. Новому финляндскому руководству пришлось просить советское правительство о мирных переговорах.

Было заключено перемирие. Ставка Верховного Главного Командования дала приказ войскам Ленинградского и Карельского фронтов прекратить боевые действия с 5 сентября 1944 года. Окончательное соглашение о перемирии было подписано в Москве 19 сентября 1944 года, а мирный договор – в Париже 10 февраля 1947 года.

В сентябре 1944 года 21-ая армия была переброшена на Висло-Одерское направление, а на Карельском перешейке начали осуществляться условия перемирия. Финской армии были определены направления и дороги для отвода войск и эвакуации имущества, сроки и порядок отвода. Начиная с 20 сентября 1944 года, за две недели финские войска должны были уйти за границу 1940 года, проходя ежедневно 15 километров. В конце каждого дня финны должны были устанавливать на дороге шлагбаум, показывающий пройденный путь. На следующий день с места своей дислокации выходили советские войска, доходили до шлагбаума, и так – до самой границы. Между финскими и советскими войсками всегда должна была сохраняться 15-километровая дистанция. Дома и другие постройки должны были оставаться целыми. Уходя, финны даже оставляли во многих местах неубранный урожай.

Части Карельского укрепленного района вышли на границу вместе с пограничниками и войсками 23-ей армии. 293-ым ОПАБ командовал майор Драган, 283-им – майор Широков, 522-ым – майор Никоненок, 133-им – майор Фролов, 126-им – майор Шкуренко, 112-ым – майор Сахартов. Первую неделю после выхода на государственную границу батальоны вместе со стрелковыми частями помогали восстанавливать инженерное обеспечение границы – оборудовали пограничную полосу, ставили проволочные заграждения, отрывали траншеи. Затем приступили к возведению военных городков для размещения личного состава, а после рекогносцировки приступили к работам по оборудованию батальонных узлов и ротных опорных пунктов обороны.

Для Карельского укрепрайона начался мирный период. Во время выхода советских войск на границу 1940 года на Карельском перешейке дислоцировалось две армии – 23-я и 59-ая. Командующим 23-ей армией был генерал-лейтенант В. И. Швецов, штаб находился в Кирву (Свободное). Командующим 59-ой армией был генерал-лейтенант Коровников. Штаб армии располагался в Выборге. Однако вскоре 59-ая армия была переброшена на южное направление, а в Выборгской крепости разместился штаб 23-ей армии. 23-я армия заняла всю территорию от Ладожского озера до Финского залива.

17-ый укрепрайон занял рубеж от Хитола через Оя-ярви и Инкиля (Зайцево) до Яски (Лесогорский) на реке Вуокси. Штаб расположился в селении Сайрала (Бородинское).

В период перехода 59-ой армии на южный фронт из-под Нарвы был выведен 16-ый укрепрайон. Он был направлен на Карельский перешеек, где занял оборону от Яски (Лесогорский) до Финского залива. Штаб укрепрайона расположился в крепости Выборга вместе со штабом 23-ей армии.

Командование 16-го укрепрайона с командирами ОПАБ. 1945 год

1945 год. Командование 16-го УР с командирами ОПАБ.
В центре – комендант укрепрайона полковник К. К. Желнин.
В первом ряду крайний справа – начальник штаба УР полковник С. П. Остроумов.
В верхнем ряду второй справа – комбат 113-го ОПАБ подполковник Шабалов,
пятый справа – комбат 4-го ОПАБ майор Ш. Ф. Хасанов.

113-ый и 4-ый ОПАБ, которые были в составе 21-ой армии, вошли в состав 16-го укрепрайона. 113-ый ОПАБ из Энсо (Светогорск) переместился на рубеж в районе Сайменского канала и расположился в селениях Каркорпи (Искровка) и Кильпен-йоки (Комсомольское). Местом дислокации 4-го ОПАБ стало селение Терва-йоки (Кондратьево) на одноименной реке.

В мае 1946 года 16-ый, 17-ый, 6-ой и 9-ый укрепрайоны были расформированы. Часть офицерского состава ушла на пополнение 22-го укрепрайона (на границе 1939 года) и 79-го укрепрайона в Эстонии.

1-ый, 246-ой, 106-ой, 154-ый, 63-ий ОПАБ с июня 1944 года оставались на старых рубежах 22-го укрепрайона (на границе 1939 года) и с этого времени в боевых действиях не участвовали.

22-ой укрепрайон был несколько раз переформирован, последний раз – как 22-ая пулеметно-артиллерийская дивизия, а затем и вовсе расформирован. Последним командиром дивизии был генерал-майор Василий Ефимович Мещеряков.

Таков долгий и кровавый исторический путь земли Карельского перешейка – приграничной земли русской и Карельского укрепрайона – северного форпоста колыбели революции города Ленинграда.

 

Источники

1. Бычевский Б. В. Воспоминания. В кн.: Оборона Ленинграда 1941-1944 гг. Л.: «Наука», 1968.
(С воспоминаниями Б. В. Бычевского из сборника "Оборона Ленинграда 1941-1944 гг." можно ознакомиться ЗДЕСЬ >).
2. Свиридов В. П., Якутович В. П., Василенко В. Е. Битва за Ленинград. Л.: «Лениздат», 1962.
3. Мемуары и дневники полковника Масловского Г. Н.
4. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945 в 6 тт. Т. 2. М.: Воениздат, 1965.
5. История Ордена Ленина Ленинградского военного округа. Л.: «Воениздат», 1974.
6. Трибуц В. Ф. Балтийцы наступают. Калининград, 1968.
7. Воспоминания полковника в отставке Сорокина Андрея Терентьевича, участника событий в составе 4-го ОПАБ на границе 1940 года.

 

Титульный лист машинописи Г. Г. Коржа «Карельский укрепленный район»

Оригинал машинописи Г. Г. Коржа «Карельский укрепленный район» хранится в фондах Государственного музея «Выборгский замок».

В НАЧАЛО СТРАНИЦЫ К ПЕРЕЧНЮ СТАТЕЙ